Рулевой

Большой спорт №10 (28) Октябрь 2008
О том, насколько закономерны успехи в женском теннисе, о проблемах в мужском, ситуации с подготовкой резерва и причинах, рассказывает президент Федерации тенниса России, Шамиль Тарпищев.

Несмотря на то что 2008 год еще не завершился, его уже можно признать очень удачным для российского тенниса – одержаны две исторические победы. В августе Елена Дементьева стала олимпийской чемпионкой Пекина, причем весь пьедестал почета заняли россиянки. А в сентябре они второй раз подряд выиграли Кубок Федерации, в финале разгромив в гостях испанок со счетом 4:0. О том, насколько закономерны успехи в женском теннисе, о проблемах в мужском, ситуации с подготовкой резерва и причинах, по которым нужно заниматься этим видом спорта, в интервью журналу «Большой спорт» рассказывает президент Федерации тенниса России, капитан женской сборной в Кубке Федерации и мужской в Кубке Дэвиса Шамиль Тарпищев.

Как вы оцениваете итоги Олимпийского теннисного турнира для России?

У нас в плане были одна золотая и одна серебряная медали, собирались завоевать их в женском одиночном разряде и женской паре, но в результате заняли весь пьедестал в женской «одиночке». Из-за несовпадения позиций WTA, ATP и Международной теннисной ассоциации Олимпийский турнир оказался очень сжатым по срокам: он прошел в течение семи дней – соответственно, для победы в одиночном и парном разрядах нужно было за неделю одержать 11 побед. При влажности 92 процента и температуре воздуха от 26 до 37 градусов подобное было совершенно нереально, тем более что два соревновательных дня выпали из-за дождя. Поэтому неудивительно, что ни один теннисист не получил награды ни в одиночном, ни в парном разряде. Россиянки выступили выше всяких похвал. Трижды они выходили на корт ночью, при этом Сафина четвертьфинальный матч закончила в 3:39, а в 16:00 уже начала полуфинальный поединок. Прос­то немыслимо, как Динара выдержала подобный марафон. Если б не этот сумасшедший режим, могли бы победить и в женском парном разряде. В четвертьфинале с китаянками Цзи Чжэн и Зи Янь, закончившемся ночью, Сафина и Светлана Кузнецова ввязались в обмен ударами, где соперницы особенно сильны. Из-за усталости тяжело было творить, а игра по шаблону – козырь китайских теннисисток. Уверен, если бы кто-то из тренеров присутствовал на этой игре, она завершилась бы в пользу наших. Дементьева на Олимпиаде не играла в парном разряде, в этом смысле у нее был более благоприятный режим. Но Елена целенаправленно готовилась к Олимпиаде, подвела себя к Играм в идеальной форме и заслужила победу, к которой стремилась всю жизнь. Дементьева избавилась от последствий травм и стала гораздо лучше подавать, а если теннисист держит свою подачу, многократно возрастает психологическая уверенность.

Что касается мужских соревнований, нам катастрофически не повезло со жребием: с Роджером Федерером, Рафаэлем Надалем и Новаком Джоковичем пришлось встретиться на ранней стадии. Уровень этих трех спорт­сменов выше, чем у остальных, и шансов объективно было мало. Неудачным можно назвать выступление Давыденко и Кузнецовой. Николай просто не успел адаптироваться к кортам, у Светланы же проблема прежде всего с тренером. Испанская школа не уделяет внимания тому, что заложено в Светлане, не развивает ее сильные стороны. Поэтому Кузнецова уехала из Испании и будет тренироваться в России. В целом же русские теннисисты показали себя на Олимпиаде с лучшей стороны, завоевали больше всех медалей и впервые заняли первое общекомандное мес­то. Среди игровых видов спорта лишь в теннисе мы добились золота. Чтобы подчеркнуть значимость этого достижения, вспомню Сидней. Когда Евгений Кафельников занял первое место, ко мне подошел тогдашний президент МОК Хуан Антонио Самаранч и сказал: «Вы не представляете, что вы сделали для России. Эта победа стоит четырех-пяти золотых олимпийских медалей в других видах спорта». Сейчас я думаю, что если бы мы вы­играли эти три награды в разных разрядах, это было бы не так значимо, как то, что мы получили монополию в женском теннисе.

Неправильно было бы говорить, что российский мужской теннис переживает кризис. Просто он гораздо дороже женского и требует иной системы тренировок. Мужчины редко заканчивают карьеру раньше 32 лет. Поэтому количество игроков, которых надо обойти в рейтинге, гораздо больше. На это требуется шесть-семь лет. У женщин же выше текучесть: спортсменка, не попавшая в элиту в молодом возрасте, нередко уходит из спорта, заводит семью

Почему Динара Сафина и Елена Дементьева не участвовали в финале Кубка Федерации?

Обе ведут борьбу за звание первой ракетки мира, поэтому мы решили не лишать девушек возможности оспаривать лидерство в чемпионской гонке WTA. Сразу после финала с испанками стартовал турнир в Токио, где можно получить много рейтинговых очков.

Сафина в нынешнем году вышла на качественно новый уровень, многие связывают это с появлением у Динары хорватского тренера. Кто посоветовал начать с ним сотрудничество?

Иван Любичич. Также принимал участие в поиске Борис Собкин.

После того как завершила карьеру Жюстин Энен, среди женщин отсутствует явный лидер. Как вы думаете, кто им станет?

Качество игры спортсменок растет, и ждать явно выраженного лидера сложно. Кончились времена, когда для победы нужно было опустить соперниц на уровень своей игры – теперь нужно подняться и победить, что мы и продемонстрировали на Олимпиаде. Сегодня восемь человек опережают остальных, но на подходе интересная молодежь, так что число конкуренток будет только возрастать.

Если в женском теннисе у России есть много элитных игроков, то в мужском – лишь пять. Вам не кажется, что наступил определенный кризис?

Все лучшие российские теннисисты достаточно молоды и будут играть на высоком уровне в течение пяти-шести лет. Но проблемы есть. Во-первых, мужской теннис обходится гораздо дороже и требует иной системы тренировок. У женщин выше текучесть: спорт­сменки нередко рано уходят из спорта, создают семью. Для того чтобы перспективной юниорке попасть в элиту, нужно три-четыре года. Девушки на корте во время игры наносят 23–25 ударов в минуту, парни – 27–28. Поэтому для теннисисток любой мужчина – отличный спарринг-партнер, а представители сильного пола должны иметь минимум двух спарринг-партнеров, которым нужно платить. К тому же, в отличие от женщин, теннисисты-мужчины редко заканчивают карьеру раньше 32 лет. Поэтому количество игроков, которых надо обойти в рейтинге, чтобы попасть в элиту, гораздо больше. На это требуется шесть-семь лет. Мы вынуждены способствовать выступлению россиян за другие страны. В частности, за Казахстан играют Андрей Голубев, Михаил Ледовских, Галина Воскобо­ева, Ярослава Шведова. Если мы не можем их финансировать, значит, спортсменам нужно либо зачехлять ракетки, либо играть за другую страну, которая решит этот вопрос.

В мужском теннисе произошла смена лидера – место Роджера Федерера занял Рафаэль Надаль. Как долго он удержится на троне?

Я считаю, что Федерер еще способен вернуться на первое место, он сильнее Надаля. Да и Новак Джокович в любой момент может нарушить эту монополию. Если брать олимпийский полуфинал, то серб имел преимущество над испанцем и уступил во многом случайно.

Вы – председатель совета директоров женского турнира Кубка Кремля, который имеет высшую категорию. Нет ли у вас опасений, что в связи с реорганизацией WTA Tour категория будет понижена?

За статус мы не бьемся, ибо это стоит больших денег, которые целесообразнее потратить на работу с детьми. Будь у нас средства, мужские соревнования тоже стали бы турниром «супердевятки». Думаю, что в 2009 году категория будет ниже, но призовой фонд останется таким же, что очень важно для многих игроков.

В Пекине представители многих видов спорта констатировали, что россияне намного отстают от китайцев в области методики подготовки. Как обстоит дело в теннисе?

На протяжении четырех лет Россия держит первенство в Европе по молодежно-юношескому составу – тем, кому от 12 до 16 лет. В плане методики подготовки детей до 14 лет страна – мировой лидер. Проблема в том, что нет теннисных центров, где эту методику можно передавать. Те, которые есть, полностью коммерциализированы, их основная задача – не спорт высших достижений, а массовость и зарабатывание денег. За весь советско-российский период вузы выпустили примерно 800 тренеров по теннису. Сейчас профессионально работают порядка 150, при этом наставниками числятся около 7000. Вопрос: кто эти люди и что они делают с детьми? Ответ на него – задача государственная, поскольку за лицензирование трудовой де­ятельности отвечает Министерство финансов. Чтобы мы еще больше оторвались от конкурентов, нужны семь-восемь национальных теннисных центров, не отягощенных коммерцией. У нас есть фора в два-три года, если сумеем решить вопрос – догнать Россию будет тяжело. Что касается Китая, там действует советская система подготовки: по каждому виду спорта есть специализированные интернаты, где работают лучшие специалисты со всего мира. В этом плане можно сожалеть, что мы растеряли методику, осталась лишь связка «тренер – спортсмен». Но если раньше за тренером стояло научно-методическое обеспечение, монополия на медицинский контроль, то теперь этого нет. Отсюда – все допинговые, врачебные и медикаментозные скандалы. Мы готовим постановление правительства о развитии тенниса. Если через три года новые теннисные центры начнут работать, поздно не будет.

На протяжении четырех лет Россия держит первенство в Европе по молодежно-юношескому составу (от 12 до 16 лет). В плане методики подготовки детей до 14 лет Россия – мировой лидер, но проблема в том, что нет теннисных центров, где эту методику можно передавать. Те, которые есть, полностью коммерциализированы, их основная задача – не спорт высших достижений, а зарабатывание денег

Есть ли частные инвесторы, готовые вкладывать деньги в развитие теннисных центров?

К нам часто обращаются из регионов с просьбой помочь решить с местными властями вопрос о выделении земли. Люди готовы вкладывать деньги и строить частные центры. Недавно звонили из Ростова-на-Дону. Мы открыты для сотрудничества, но дело в том, что Федерация тенниса России не должна навязывать себя. Инвесторам нужно самим идти на контакт. Бюджета одного хоккейного или футбольного клуба хватило бы всей нашей федерации на несколько лет.

В России все более популярны любительские турниры с участием известных политиков, артистов. Как вы к ним относитесь?

Я только «за», хорошо, когда в теннис играют семьями. Если родители подают пример, спорт становится притягателен и для детей, потому что это образ жизни. По данным ЮНЕСКО, человек, занимающийся горными лыжами, серфингом и теннисом, может полноценно отдыхать в любое время года и в любой точке мира. Из этих видов теннис – самый демократичный, потому что нет привязки к воде и горам. Неслучайно его называют «дипломатическим»: для знакомств и общения лучшего занятия не найти. В свое время посол СССР в США Александр Трояновский выяснял, когда мы приедем в Америку, и на эти даты планировал ответственные меропри­ятия. Получались своего рода деловые встречи на теннисном корте. Это гораздо продуктивнее, чем решать вопросы в кабинете.

Партнеры журнала: