Делатель королей

Большой спорт №10 (28) Октябрь 2008
Дмитрий Маслов
О том, в каком возрасте можно разглядеть талант, за чей счет финансируется подготовка молодых теннисистов и как вывести спортсмена на уровень мировых лидеров, Виктор Янчук рассказывает в интервью журналу «Большой спорт».

Воспитавший финалиста Roland Garros и Wimbledon Андрея Ольховского, бывший капитан российской сборной в Кубке Федерации, заслуженный тренер РФ Виктор Янчук сейчас работает с одной из самых перспективных юниорок страны Яной Бучиной. О том, в каком возрасте можно разглядеть талант, за чей счет финансируется подготовка молодых теннисистов и как вывести спортсмена на уровень мировых лидеров, Виктор Янчук рассказывает в интервью журналу «Большой спорт».

Глава Федерации тенниса России Шамиль Тарпищев сетует на недостаточную квалификацию российских тренеров. Вы с ним согласны?

Российский теннис сейчас бурно прогрессирует, прежде всего количественно. Поэтому вполне естественно, что с массой желающих тренироваться просто некому работать – вузы выпускают не так много специалистов, а на курсах серьезных знаний не получишь. Хорошие тренеры были в дефиците во все времена. В зарубежных странах число кортов несопоставимо с российским, великолепные условия для подготовки, проводятся сотни небольших турниров, поэтому происходит естественный отбор теннисистов. Мы же их взращивали искусственно, в менее благоприятных условиях, и результатов добивались за счет централизованной подготовки. После того как русские спортсмены получили возможность выезжать за границу и тренироваться там, появился результат. Основа же у всех, кроме Марии Шараповой, заложена в России. Когда человек приезжает в зарубежную теннисную академию, он живет при ней, занимается сколько хочет, не отвлекаясь на посторонние факторы. В Москве же на тренировки приходится ездить, час – туда, час – обратно, а в российских регионах нет хороших наставников, спарринг-партнеров. Родители моей ученицы Яны Бучиной специально снимают квартиру в столице, чтобы она могла здесь тренироваться. Мать живет с Яной, отец – в родном городе, семья разделена. Они пошли на это ради дочери.

В каком возрасте можно разглядеть перспективного теннисиста?

Довольно рано. В девять-десять лет можно увидеть потенциал, а в тринадцать-четырнадцать – судить о таланте уже с большой уверенностью. Теннисист должен поучаствовать в различных турнирах, проявить себя. Характер, мышление, техника развиваются с течением времени. Легче всего оценить физические возможности ребенка, но очень важна психика, которая отражается на игре. Все дети стараются, однако это лишь внешняя сторона. Важно, может ли человек контролировать мяч в решающие моменты, не дрожит ли рука. В этом смысле природой заложено 70–80 про­центов. Один при равной борьбе выигрывает большинство матчей, а второй – проигрывает, и дело здесь в психологии. В молодые годы у меня был многообещающий в плане физических возможностей ученик. Но как соревнование – то голова болит, то потянул руку, то струна на ракетке недостаточно натянута… Я не сразу понял, что корень проблем – в том, что нервное напряжение заставляет его искать пути к отступлению, оправдания.

Сколько лет вашим самым юным уче­ни­кам?

Восемь. Смысл моей работы состоит в том, чтобы привить человеку качества, которые он не может получить в условиях группы. Для того чтобы поставить технику, нужен индивидуальный подход. Заметить проблему – даже не полдела. Все видели, что у Елены Дементьевой при подаче мяч «заваливается» вправо. Казалось, скажи ей об этом – и все. Но навык работает помимо сознания. Поэтому надо сформировать новый навык, который вытеснит предыдущий. А для этого нужны время, терпение и особый подход. Если речь идет о тактике, внести изменения легче.

Сколько воспитанников высокого класса могут одновременно работать с одним тренером?

Стабильно и постоянно я работаю с Яной Бучиной. Хорошо, если у тренера есть один ученик, претендующий на высокие позиции в мировом рейтинге. Существуют объективные причины, по которым несколько воспитанников вместе не уживаются. Например, календарь или потребность в разных спарринг-партнерах. Да и психологический фактор немаловажен: теннис – индивидуальный вид спорта. Это если вести речь о личных тренерах, связывающих судьбу с учеником. В крупных теннисных центрах другие отношения. Например, Ник Боллетьери обеспечивает условия для занятий, участвует в обсуждении программы подготовки, подсказывает. Но это не тот человек, который отвечает за результаты. Иногда три-четыре теннисиста объединяются и занимаются с одним тренером. Но это бывает только в том случае, если у них не самые высокие амбиции.

Когда Бучина будет покорять вершины взрослого тенниса?

Мы уже выходим на этот уровень – Яна участвует в турнирах и имеет рейтинговые очки. В ближайшее время будем сочетать наиболее важные юношеские соревнования со взрослыми. Спортсмен должен двигаться постепенно, преодолевая одну ступеньку за другой. Яна сейчас 35-я в юношеском рейтинге, а это значит, что на данном уровне она может играть с кем угодно, будет завязываться полезная для нее борьба. Высший юношеский уровень соответствует взрослым турнирам с призовым фондом до 10 тысяч долларов. На состязаниях с призовыми до 50 или 100 тысяч долларов Бучиной выступать еще рано. Возьмем в качестве примера Кубок Кремля. Чтобы на что-то рассчитывать, нужно входить в число 50 сильнейших теннисисток мира, тогда можно пройти три-четыре круга. Допустим, дадут Бучиной wild card – и она попадет на соперницу из числа ста сильнейших в рейтинге WTA. Это уже не на одну ступеньку выше турниров, где Яна сейчас играет, а на три. Конечно, какой-то опыт появится, но он, по большому счету, ничего не даст. Сейчас мы сотрудничаем со старшим тренером юниорской сборной России Евгенией Манюковой, в группе которой два-три раза в неделю тренируется моя подопечная.

Чтобы самостоятельно зарабатывать достаточно денег на свою спортивную подготовку, теннисист должен входить как минимум в первую сотню мирового рейтинга. Но и в таком статусе он еще не может позволить себе личного тренера, восстанавливающие процедуры, полноценный отдых. Они доступны лишь игрокам, входящим в Top-60. А личный массажист и повар – привилегия первой десятки рейтингов WTA и ATP

Я ставлю конечные цели, а пути к ним могут быть разными. Максимальные промежуточные задачи – это иллюзия, их достижение ничего не дает. Главное – допуск на хорошие турниры, участвуя в которых Бучина может расти. Если я правильно разглядел личностные качества Яны, года через три-четыре она войдет в первую двадцатку рейтинга WTA, а возможно, будет и намного выше. Как показывает практика, все члены юношеской сборной России на взрослом уровне входили в первую десятку рейтинга WTA или приближались к ней.

Юные российские теннисисты тренируются в основном за счет родителей?

Как правило, да, но формы сотрудничества бывают разные. Например, я верю, что Бучина заиграет, и вкладываю свой труд в нее. Это мой риск, надеюсь, что он оправдается. Мне наше сотрудничество нравится, я работаю с удовольствием и верой в будущее. Нам помогает Федерация тенниса России: не надо платить за аренду, командируют на крупные турниры, в этом смысле расходы минимальны. Еще один подобный пример – Евгений Карловский, тренирующийся в ЭШВСМ «Олимпиец», первая ракетка Европы в возрасте до 14 лет. Ему тоже идут навстречу в финансовых вопросах, выезды за границу оплачиваются федерацией. Если достижений у юного спортсмена нет, приходится платить родителям.

Перспективных ребят нередко приглашают выступать за американские университеты, но, встав на такой путь, в профессионалы уже не выйдешь. Несколько десятков российских теннисистов обучаются в американских университетах, получают образование, возможно, останутся там жить.

Ваша воспитанница Галина Воскобоева собирается выступать за Казахстан. Как вы к этому относитесь?

У Галины не слишком удачно сложилась спортивная судьба. Я с ней работал с 1996 по 1999 год, затем мы взяли Воскобоеву по контракту в теннисный клуб «Жуковка». По независящим от меня, прежде всего финансовым, причинам Галина была вынуждена уйти из «Жуковки». Думаю, если бы продолжили сотрудничество, она достигла бы большего. По физическим данным она напоминает Марию Шарапову, школу прошла хорошую, что демонстрирует чаще всего в парных встречах. Проблема в основном в личностных качествах. Галина достаточно упорна и заслуживает уважения, но у нее не слишком устойчивый характер. Когда приходит опыт, результаты улучшаются, у многих бывает второй пик карьеры в 27–28 лет. Воскобоева использовала еще не все свои возможности.

Но если теннисист не входит в сборную России, он не имеет поддержки федерации. Конечно, для него есть смысл играть за другое государство. В данном случае выступление за Казахстан стало возможным благодаря хорошим отношениям Шамиля Тарпищева с руководством местной федерации тенниса. Между прочим, Анастасия Родионова пере­ехала в Австралию и тоже со временем собирается пользоваться поддержкой федерации этой страны.

Какое место в рейтинге должна занимать теннисистка, чтобы обходиться без внешних финансовых вливаний?

Если говорить о минимуме, то в первой сотне. Но нужно еще и развиваться: необходим личный тренер, восстанавливающие процедуры, полноценный отдых… Это могут себе позволить игроки, входящие в число 60 первых. А личный массажист, повар – привилегия первой десятки рейтинга WTA. У мужчин ситуация примерно такая же. Парные соревнования – дополнительный источник доходов, но успешно играющие в одиночном разряде, как правило, на парный не отвлекаются.

После ухода Жюстин Энен в женском те­­­н­нисе нет явного лидера. Кто может им стать?

Однозначного ответа нет, и я думаю, что так даже интереснее. Когда годами побеждала Штеффи Граф или Мартина Навратилова, не было подобной интриги. Среди мужчин место лидера способен занять Надаль, его атакующие приемы стали острее. Но пока этого недостаточно – у Энди Мюррея и Новака Джоковича стиль более атакующий. Хотя Надаль – игрок стабильный.

Как вы оцениваете шансы Динары Сафиной на звание первой ракетки мира?

Динара, несомненно, выросла – прежде всего, в психологическом аспекте. Она поверила в себя. Но кто на это повлиял – брат, тренер или сама изменилась с возрастом? Если проанализировать встречи, в которых Сафина потерпела поражение в минувшие годы, то в большинстве своем это были «матчи упущенных возможностей». Технически оснащена Динара хорошо, играет гораздо разнообразнее той же Елены Дементьевой, но насчет лидерства не знаю, хватит ли характера и физических данных.

Как вы оцениваете роль капитана Шамиля Тарпищева в победах россиянок в Кубке Федерации?

В России появились хорошие теннисистки, и их стало много. Ни одна другая страна в мире не может любым составом претендовать на первое место. Если бы США представляли сестры Уильямс, а Сербию – Ана Иванович и Елена Янкович, завязалась бы борьба. Однако с некоторых пор не все хотят участвовать в этом турнире и под разными предлогами отказываются. Раньше Кубок Федерации проходил в одном месте, был парад открытия, играли лучшие. Сейчас обилия звезд мы не видим. Даже за российскую сборную выступали не сильнейшие. Но, благо, у нас длинная скамейка запасных. Поэтому успех закономерен. Капитану сборной России опыта не занимать, и его роль в победе велика.

Можно ли сказать, что уровень игры мировой теннисной элиты постоянно растет?

Конечно. В женском теннисе возросли скорости, сейчас у большинства спортсменок преобладает силовая манера игры, раньше же было больше разнообразия. Но главное, теннис стал по-настоящему международным. Любой талантливый теннисист растет независимо от ситуации на его родине: отсутствуют условия для развития – уехал туда, где они есть. Самым благотворным образом это сказывается на государствах, где нет хороших традиций подготовки. Например, Эрнест Гулбис из Латвии – игрок, с которым считаются в мире, и он будет прогрессировать. А когда в этой стране были сильные теннисисты?

Партнеры журнала: