Другой Харламов

Большой спорт №10 (46)
Дмитрий Маслов
О причинах, по которым КХЛ не удается расшириться на Запад, противодействии со стороны NHL и съемках кинофильма о своем легендарном отце в интервью журналу «Большой спорт» рассказывает генеральный менеджер клуба «Ветра» Александр Харламов.

В феврале Континентальная хоккейная лига и «Ветра» заключили соглашение о намерениях, в соответствии с которым команда из Литвы собиралась участвовать в Открытом чемпионате России начиная с нынешнего сезона. Однако клуба в Вильнюсе нет до сих пор. О том, почему так произошло, причинах, по которым КХЛ не удается расшириться на Запад, противодействии со стороны NHL, проблемах, с которыми сталкиваются в России молодые хоккеисты, слабости их профсоюза и съемках кинофильма о своем легендарном отце в интервью журналу «Большой спорт» рассказывает генеральный менеджер клуба «Ветра» Александр Харламов.

Новостей о хоккейной команде «Ветра» нет с весны. В Литве отказались от идеи создать ­клуб КХЛ?

Проект заморожен, поскольку нет финансирования в необходимом объеме. Однако переговоры с потенциальными спонсорами по-прежнему ведутся. В Литве есть люди, интересующиеся хоккеем, недаром в минувшем сезоне в Вильнюсе на матче СКА с «Ак Барсом» был аншлаг. Думаю, хоккей там приживется.

Какие компании рассматривались в качестве потенциальных генеральных спонсоров клуба?

Прежде всего ЛУКОЙЛ, у которого в Литве есть коммерческие интересы, были и другие варианты. Хоккейные клубы у нас убыточны, и найти желающих вкладывать в них деньги нелегко. Инвесторами, как правило, выступают либо богатейшие компании наподобие Газпрома, либо градообразующие предприятия, как это происходит в Магнитогорске и Череповце.

«Ветра» предполагала арендовать Ледовый дворец?

Да, мы встречались с руководителями группы «Рубикон», которой принадлежит арена, на ней проводятся баскетбольные матчи. Договорились, что закупим холодильные установки, борта, реконструируем раздевалки. В целом ситуация такова: все договоренности есть, как только мы найдем необходимые средства, «Ветра» сможет вступить в КХЛ.

«Необходимые средства» – это сколько?

Речь шла о сумме порядка двадцати миллионов долларов. Думаю, таков сегодня средний годовой бюджет клуба КХЛ. Конечно, лидеры оперируют гораздо более значительными суммами.

Хоккеистов из каких стран предполагалось привлекать в состав «Ветры»?

Обязательно пригласили бы двух-трех местных ребят, а костяк рассчитывали составить из легионеров. В мире достаточно хоккеистов, готовых выступать хоть на Луне – лишь бы были созданы нужные материальные и бытовые условия.

Какое количество клубов вы считаете оптимальным для КХЛ?

Чем больше – тем лучше. Перед нынешним сезоном в лигу вступила «Югра». Это, конечно, здорово. Но было бы гораздо интереснее видеть западные команды – интерес к хоккею в России сразу бы подскочил. Другое дело, что технически это сложно выполнимо – в Европе не оперируют бюджетами, сопоставимыми с российским. На континенте во внутренних чемпионатах на матчи ездят на автобусе, в КХЛ же придется летать.

Вы не согласны с тем, что основное противодействие расширению КХЛ на Запад идет со стороны Международной федерации хоккея (IIHF) и национальных федераций?

Думаю, главный противник – NHL, которой не нравится развитие конкурирующей лиги. За океаном привыкли диктовать свои условия хоккейной Европе. Мне сложно сказать, как будет развиваться ситуация, но сам факт проведения товарищеских матчей клубов КХЛ и NHL в Риге и Санкт-Петербурге говорит о том, что диалог идет. Пока же российская и европейская перспективная молодежь уезжает в Канаду и США фактически бесплатно.

Как вы оцениваете регламент КХЛ? В частности, тот факт, что клубы разных конференций в плей-офф встретятся друг с другом лишь в финале?

В минувшем сезоне составители календаря заботились о том, чтобы команды не тратили деньги на лишние авиаперелеты. Возможно, в плей-офф от территориального принципа можно было бы отойти, но лига у нас молодая, сразу все огрехи подчистить не получается. Больше всего меня расстраивает уровень юных российских хоккеистов – поколение Александра Овечкина и Евгения Малкина стало фактически последним, давшим мировых звезд. Молодежная сборная России занимает шестое место на первенстве планеты. В КХЛ есть правило, согласно которому контракт юного хоккеиста не может быть выше определенной суммы, а по своему следующему договору спортсмен в возрасте до 28 лет получит в лучшем случае на 20 процентов большую сумму. Многих ярко проявивших себя игроков подобная норма регламента обижает.

Вы уже не занимаетесь профсоюзной работой?

Нет. Когда мы задумывали профсоюз игроков и тренеров, надеялись закрепить другие нормы.

Как считаете, почему лидер профсоюза игроков КХЛ Андрей Коваленко пошел на существующие условия?

Думаю, он бы и рад добиться для спорт­сменов других, но лига не дает, она победила в переговорах.

Возможен ли в КХЛ локаут?

Наверное, нет. Его нужно готовить. Нельзя за месяц до предполагаемой даты его начала позвонить хоккеистам и сказать: через месяц бастуем. Они в ответ спросят: а кто нам будет платить в это время. В NHL за год до предполагаемой даты начала локаута объезжают игроков, разъясняют им свою позицию, оговаривают источники финансирования. У нас же вряд ли существует необходимый стабилизационный фонд, да и КХЛ обладает большим влиянием на своих хоккеистов, чем NHL. В нашей лиге сейчас не подписано коллективное соглашение с профсоюзом игроков, а чемпионат идет. Получается, что ведомство Андрея Коваленко не особо и нужно.

Часто считают, что именитость родителей помогает выстроить карьеру детям. Но она и накладывает огромную психологическую ответственность. Когда родители погибли, мне было пять лет, так что пришлось пробиваться самому. В этом виде спорта невозможно кого-то копировать. У каждого своя техника. К тому же с течением времени меняется сам хоккей, возрастают скорости. По сравнению с отцом я играл в другую эпоху

Тот факт, что вы сын «того самого Харламова» помогает по жизни или мешает?

Часто считают, что именитость родителей помогает выстроить карьеру детям. Но она накладывает огромную психологическую ответственность. Когда родители погибли, мне было пять лет, так что пришлось пробиваться самому. В этом виде спорта невозможно кого-то копировать. У каждого своя техника. К тому же с течением времени меняется сам хоккей, возрастают скорости. По сравнению с отцом я играл в другую эпоху.

Вы довольны тем, как сложилась карьера хокке­иста?

В целом да. Поиграл за российские, заокеанские клубы, съездил на несколько молодежных чемпионатов мира. Единственное, что никогда не вызывался в главную команду. В 1990-е в России сложилась непростая ситуация, вот и вынужден был отправиться в Америку. Будь я на десять лет моложе, возможно, и отыграл бы всю карьеру в ЦСКА. Недавно посмотрел на статистику и сам удивился – провел более пятисот официальных матчей. Любой игрок может сказать, что не реализовался полностью. Конечно, бывают уникумы наподобие Сергея Федорова, но думаю, даже он считает, что некоторые моменты в карьере могли сложиться лучше.

Главный противник КХЛ – NHL, которой не нравится развитие конкурирующей лиги. За океаном привыкли диктовать свои условия хоккейной Европе. Мне сложно сказать, как будет развиваться ситуация, но сам факт проведения товарищеских матчей клубов КХЛ и NHL в Риге и Санкт-Петербурге говорит о том, что диалог идет. Пока же российская и европейская перспективная молодежь уезжает в Канаду и США фактически бесплатно

У вас не возникало желания остаться жить за океаном?

Все связи у меня здесь, а в США можно съездить, если появится желание. В плане быта там все проще. В России же на хоккеистов наваливается масса бытовых проблем. Поэтому я понимаю Сергея Зубова, жалующегося на наши реалии. Однако ко всему привыкаешь, а прописанная в контракте «круглая» сумма помогает справляться с повседневными трудностями. Сергей Федоров в «Магнитке» играет и не жалуется. Хотя это вам не Санкт-Петербург: Ледовый дворец, речка да металлургический комбинат – основные достопримечательности Магнитогорска. Яромир Ягр в Омске также неплохо себя чувствует, хотя у него были предложения из NHL, где за регулярный сезон необходимо сыграть более 80 матчей с перелетами. В России выступать проще, хотя бы из-за меньшего количества игр.

Увольняясь в августе минувшего года из «Витязя», вы заявили, что хотите работать тренером, а стали менеджером. Как решились на смену деятельности?

Поступило предложение занять пост генерального менеджера «Ветры», и я согласился. Не исключаю, что со временем буду совмещать тренерскую и административную работу. Как это делает Сергей Немчинов в ЦСКА. Немало подобных примеров и в NHL.

Вы были недовольны фильмом «Валерий Харламов. Дополнительное время» и анонсировали новый проект о вашем отце. Идет ли работа над ним?

Я узнал о реализации проекта с Алексеем Чадовым в главной роли случайно, с нашей семьей даже не консультировались. Когда я связался с создателями картины, они сказали, что черпали сведения из архивов. Возможно, подумали, что я буду выставлять материальные требования. Насколько знаю, инициатором того проекта выступил партнер отца по тройке нападения Владимир Петров. Лучше бы он сделал кино о себе. Как я узнал впоследствии, авторы той ленты выиграли тендер правительства Москвы, ее бюджет составил порядка тридцати миллионов рублей. Вот и получилась ерунда. Мы же собираемся снимать полнометражный фильм, который будет показываться в кинотеатрах, задействованы «Студия ТРИТЭ» Никиты Михалкова, зарубежные компании. Кризис несколько отложил реализацию планов, но сейчас нужная сумма найдена, начинается серьезная работа.

Кто сыграет роль Валерия Харламова?

Кастинг еще не проводился. По мне, так лучше долго раскачиваться, но сделать что-то действительно стоящее. Интерес к проекту уже есть в Канаде, где хоккей – спорт номер один. Я не понимаю, почему в России такие суммы вкладываются в футбол, – мы ведь никогда не достигнем в нем таких же успехов. Получается, что вливания огромные, а отдачи нет, сплошное расстройство для болельщиков.

Партнеры журнала: