Великие реформаторы

Большой спорт №9(35)
Олег Винокуров
Спорт, как и любое другое явление общественной жизни, зачастую развивается под влиянием объективных обстоятельств. Тем не менее за каждым витком прогресса, как правило, стоят конкретные люди, ведь тезис о роли личности в истории никто не отменял.

Спорт, как и любое другое явление общественной жизни, зачастую развивается под влиянием объективных обстоятельств. Тем не менее за каждым витком прогресса, как правило, стоят конкретные люди, ведь тезис о роли личности в истории никто не отменял.

«Большой спорт» представляет наиболее выдающихся менеджеров современности, благодаря которым тот или иной вид спорта достиг небывалого расцвета.

Хуан Антонио Самаранч
глава МОК c 1980 по 2001 год

Первое место в этом ряду, бесспорно, занимает испанский маркиз, более двадцати лет (1980–2001) возглавлявший мировое олимпийское движение. Эксперты давно уже наградили Самаранча, избранного на пост президента МОК в преддверии московской Олимпиады, титулом «менеджер ХХ века». Трудно было представить более неудачное время для того, чтобы заступить на эту должность: в 1970-е годы Олимпиады последовательно били рекорды по убыточности, а Игры в Москве к тому же пали жертвой политического противостояния между Западом и Востоком. Однако новый президент смог изменить ситуацию в кратчайший срок.

Для этого ему, по сути, потребовалось сделать лишь один, но чрезвычайно решительный шаг – отказаться от провозглашенного отцом современного олимпийского движения Пьером де Кубертеном принципа любительства. И первые же Игры эпохи Самаранча ознаменовались невиданным коммерческим успехом. Олимпиада-84 в Лос-Анджелесе не могла не пострадать из-за ответного бойкота со стороны социалистического лагеря, но на финансовой составляющей это едва ли сказалось.

Появление профессионалов резко повысило статус и зрелищность состязаний, что позволило МОК заручиться поддержкой мощнейших спонсоров и заключить невиданные контракты с ведущими телекомпаниями. И каждые новые Игры начали устанавливать уже иные рекорды – по прибыльности. А Самаранч, раз в четыре года подводя итоги очередных соревнований, неизменно характеризовал их как «лучшие в истории». Лишь однажды он воздержался от подобной оценки – когда речь шла об Играх-96 в Атланте, подвергшихся суровой критике в вопросах организации. Что, впрочем, на коммерческом успехе Олимпиады не отразилось.

Пребывание Самаранча на посту президента МОК не было абсолютно безоблачным: жизнь ему периодически портили допинговые скандалы, обвинения в чрезмерной коммерциализации и процветавшей при его попустительстве коррупции. Но что уж тут поделать: после того как Олимпиады превратились в сверхдоходный бизнес, пришлось мириться с тем, что у каждого бизнеса есть и оборотная сторона.

Марк Ходлер и Хайн Вербрюгген
главы FIS (1951–1998) и UCI (1991–2006)

На рубеже тысячелетий Олимпиады претерпели еще одно существенное изменение: обратившись в сторону экстремальных видов спорта и резко расширив за их счет свою программу, они привлекли внимание более молодой аудитории. Причем инициаторами этих новшеств оказались функционеры, представлявшие различные поколения и руководившие самыми что ни на есть традиционными, классическими видами.

Швейцарец Марк Ходлер почти полвека (1951–1998) возглавлял Международную федерацию лыжного спорта (FIS), а голландец Хайн Вербрюгген в 1991 году встал у руля Международного союза велосипедистов (UCI). Казалось бы, какой стимул мог быть у них для того, чтобы стремиться к чему-то новому? Велогонки – один из всего лишь пяти видов спорта, представленных на всех Олимпиадах современности. Точно так же невозможно представить зимние Игры без лыжных гонок, дебютировавших на первой Белой олимпиаде 1924 года, и примкнувших к ним в 1936 году соревнований по горным лыжам. Тем не менее именно организации Ходлера и Вербрюггена инициировали поворот в сторону экстрима.

Первым прорыв совершил Ходлер, в годы юности успешно занимавшийся многими видами спорта: был отличным горнолыжником, классным пловцом и теннисистом, а также сильным игроком международного уровня в бридж. Ему было уже за 70, когда в 1992 году его стараниями в программе зимней Олимпиады в Альбервилле появился лыжный фристайл. Вербрюгген подхватил инициативу со своей, летней стороны, и на Играх-96 в Атланте дебютировал маунтинбайк. С ответным ходом не замедлил Ходлер: в Нагано-98 были разыграны первые награды в сноуборде.

На этом швейцарцу пришлось остановиться: в том же 1998 году в МОК разгорелся коррупционный скандал вокруг присуждения Солт-Лейк-Сити зимней Олимпиады-2002, и замешанный в нем 80-летний функционер был вынужден уйти на покой. В 2006 году он покинул этот мир, но его дело продолжает жить, и в следующем году в Ванкувере олимпийская программа фристайла расширится за счет кросса.

С 2006 года Вербрюгген уже не руководит UCI, но перед тем как покинуть свой пост, успел добиться включения в программу Игр-2008 в Пекине новой дисциплины – ВМХ. Теперь же, на посту почетного члена МОК, он продолжает реформаторскую деятельность и активно лоббирует интересы скейтбординга. Это, конечно, уже не велоспорт, но экстремальная составляющая в данном случае сомнений не вызывает.

Леннарт Юханссон
глава UEFA с 1990 по 2007 год

В 1990 году, когда успешный 60-летний шведский бизнесмен возглавил UEFA, европейский футбол не мог жаловаться на свое положение. У популярнейшей в мире игры все было в полном порядке и со зрелищностью, и с финансами, и со спонсорами. Но даже хорошее можно улучшить, и Юханссон доказал это, осуществив проект, равного которому с точки зрения коммерческого успеха в мировом футболе не найти. Никакой другой турнир не приносит таких доходов, как созданная в 1993 году по инициативе Юханссона Лига чемпионов.

Конечно, ради невиданных материальных благ пришлось кое-чем пожертвовать. К огорчению многих, в данном случае в жертву были принесены некоторые спортивные принципы. Самый престижный кубковый турнир перестал быть состязанием чемпионов своих стран, теперь в него допускаются и многие другие клубы из ведущих футбольных держав. Канула в Лету и романтика истинного кубкового соревнования: если раньше любой самый богатый и авторитетный клуб мог, допустив один серьезный просчет, уступить дорогу заведомому аутсайдеру, то нынешняя система группового турнира свела вероятность сенсаций к минимуму. И теперь, пытаясь предугадать участников решающих событий, мы не очень-то рискуем ошибиться. Но многим такая предсказуемость по душе, особенно при условии, что из года в год она приносит огромные доходы.

Новый президент UEFA Мишель Платини, сменивший Юханссона в 2007 году, пытается отчасти вернуть некоторые утраченные спортивные принципы. Если это ему удастся, то, возможно, со временем и он попадет в список величайших реформаторов. Но не исключено, что его попытки окончатся неудачей, ведь если они приведут к уменьшению доходов наиболее богатых клубов, ему придется столкнуться с серьезной оппозицией.

Дэвид Стерн
комиссар NBA

Сегодня мало кто может представить, что Национальная баскетбольная ассоциация (NBA), имеющая фантастический успех в Северной Америке, сравнительно недавно переживала глубокий кризис. В 1970-е годы уровень игры существенно снизился, не наблюдалось большого притока новых звезд, к тому же ситуацию осложняло противоборство с альтернативной Американской баскетбольной ассоциацией, созданной в 1967-м. Период противостояния, к счастью, длился недолго, и в 1976-м две конкурирующие организации слились, однако негативные последствия продолжали сказываться и в начале 1980-х.

Ситуация в корне изменилась с приходом на пост комиссара NBA Дэвида Стерна. Ему, конечно же, повезло с тем, что в том же году на баскетбольном небосклоне засияли четыре новые суперзвезды: Майкл Джордан, Хаким Оладжювон, Чарльз Баркли и Джон Стоктон. Благодаря их появлению численность аудитории начала постепенно расти, и Стерн сумел этим прекрасно воспользоваться. Он заключил выгодные контракты с телевидением, привлек в качестве главного спонсора компанию Nike, и с тех пор для NBA начался период небывалого расцвета. К началу нового тысячелетия Ассоциация расширилась с 23 до 30 команд и перешагнула границы США (в 1995 году появились две канадские команды – в Торонто и Ванкувере, хотя ванкуверская впоследствии перебралась в Мемфис).

Среди важнейших организационных шагов Стерна были введение допинг-контроля и потолка зарплат, что способствовало улучшению имиджа баскетбола. Развил он и небывалую международную активность: отправив в Барселону на Олимпиаду-92 легендарную Dream Team, Стерн привлек к NBA внимание всего мира, так что теперь у Ассоциации есть 11 офисов за пределами Штатов, а ее игры транслируют на весь мир, ведя репортажи на 42 языках.

А еще Стерн организовал женскую NBA и так называемую Лигу-D, служащую своего рода фарм-лигой для Ассоциации и способствующую подготовке молодых игроков. Невозможно перечислить все деяния Стерна на благо американского баскетбола, достаточно лишь констатировать, что он возглавляет NBA уже четверть века. Это рекордный срок в ее истории и один из самых продолжительных в американском спорте вообще. Надо полагать, что вскоре комиссар NBA станет и абсолютным рекордсменом.

Рубен Акоста Эрнандес
глава FIVB с 1984 по 2008 год

Волейбол не назовешь самым популярным видом спорта в мире, однако у него есть все основания претендовать на звание самого распространенного. Международная федерация волейбола (FIVB) объединяет 220 национальных федераций, превосходя численностью не только олимпийскую, но и футбольную семью (в МОК 205 членов, а в FIFA – 208). Такого развития мировой волейбол добился под руководством мексиканца Рубена Акосты Эрнандеса.

Свой талант руководителя он прежде раскрыл на континентальном уровне, встав у истоков Конфедерации волейбола Северной, Центральной Америки и Карибского бассейна, которую и возглавил с момента ее создания в 1968 году. А в 1984-м пошел на повышение и занял пост президента FIVB. Переместив штаб-квартиру из Парижа в Лозанну, он немедленно развил бурную деятельность по популяризации волейбола.

Рубен Акоста возглавлял FIVB почти четверть века. За эти годы слишком многие пытались сместить его с поста. Но Акоста казался непотопляемым и ушел в отставку, только когда сам этого захотел. Его эпоха закончилась 24 августа 2008 года, в последний день пекинской Олимпиады

Первым шагом стала надлежащая организация международных соревнований. Олимпийские турниры и чемпионаты мира – это, конечно, хорошо, но, по мысли Акосты, требовались и другие регулярные состязания, которые проходили бы ежегодно на протяжении всего сезона. И в 1990 году появилась Мировая лига для мужских сборных, а три года спустя – Мировой Гран-при для женских. В 1993-м был проведен и первый Кубок чемпионов – турнир, проходящий каждый послеолимпийский год с участием как мужских, так и женских национальных команд. Столь насыщенный календарь сразу же привлек внимание любителей волейбола во всем мире, а вслед за этим вызвал большой интерес со стороны телевидения и спонсоров.

Отдельным направлением Акоста избрал пляжный волейбол. Пусть это и не такая серьезная игра, как классическая разновидность, решил он, но и у нее непременно появятся свои поклонники. Прежде всего, в силу благоприятных условий (солнце, песок, а во многих случаях еще и море), а также благодаря особой привлекательности. В данном случае была сделана ставка на женскую разновидность этой игры: расчет на то, что спортсменки в бикини непременно должны привлекать зрителей, блистательно оправдался. Рейтинг пляжного волейбола оказался столь высок, что в 1996 году эта игра была включена в олимпийскую программу. Не заставили ждать себя и коммерческие партнеры: в 2003 году Мировой тур обрел титульного спонсора – компанию Swatch. На этом доктор Рубен Акоста Эрнандес счел свою миссию выполненной и в прошлом году передал бразды правления Вэй Цзичжону, став почетным президентом FIVB.

Партнеры журнала: