Миссия невыполнима

Большой спорт №11 (29) Ноябрь 2008
Сергей Подушкин
«Формула-1» – не благотворительная организация, а жестокий мир хищников. Стоит зазеваться – будешь мгновенно съеден.

«Формула-1» – не благотворительная организация, а жестокий мир хищников. Стоит зазеваться – будешь мгновенно съеден. И если крупные «конюшни» порой имеют право на ошибку, то маленьким даже локальные успехи не гарантируют светлого финансового будущего. В этом на собственной шкуре убедилась Super Aguri. После двух с половиной лет отчаянной борьбы за выживание ее владелец Агури Сузуки вынужден был объявить о капитуляции. В мае 2008 года частная японская команда прекратила существование, став первым банкротом в «Формуле-1» за шесть лет.

По благословению Honda

Обычно в таких ситуациях принято говорить: «А как все хорошо начиналось!», но это не тот случай. Начинала Super Aguri очень тяжело, преодолевая тернии, хотя создавалась отнюдь не на пустом месте. Руководитель и идейный вдохновитель Агури Сузуки – личность в «Формуле-1» известная, а в Японии и вовсе обожаемая. Провел восемь сезонов в «Больших призах» и стал первым пилотом Страны восходящего солнца, которому удалось взойти на пьедестал (он занял третье место на Гран-при Японии-1990), имел опыт организации «конюшни» в американской серии IRL.

Скромный бюджет в 57 миллионов долларов и небольшой штат в 150–200 человек – когда команда с такими «техническими» показателями начала добиваться в «Формуле-1» мало-мальских успехов, это походило на сказку и воспринималось как некий вызов. Банкротство Super Aguri вернуло все на свои места. И не исключено, что «формулический мир» вздохнул с облегчением

Еще одна важная составляющая Super Aguri – пилот Такума Сато, второй (и пока последний) японец, добравшийся до пьедестала почета на этапе Гран-при. В конце 2005‑го команда Honda решила заменить своего быстрого, но нестабильного соотечественника знаменитым бразильским ветераном Рубенсом Баррикелло. Однако сомнительная честь стать виновниками его изгнания из «Формулы-1» руководителей концерна отнюдь не прельщала. Honda очень хотела сохранить Сато в мире Гран-при, ради чего (хотя, конечно, официально это не подтверждено) вдохновила Сузуки на создание команды «Формулы-1», гарантировав техническую и финансовую поддержку.

Штаб-квартира проекта находилась в Токио, но основной резиденцией «конюшни» стала база в Линфилде, ранее принадлежавшая обанкротившейся в 2002‑м Arrows. Дебютировала Super Aguri на болидах Arrows четырехлетней давности, адаптированных к регламенту 2006 года. Конечно, суеверия в мире высоких технологий не в почете, но детище Агури Сузуки, созданное «на костях» погибшей команды, в итоге разделило ее печальную участь.

Первый блин комом

Впрочем, в бойцовских качествах руководителю Super Aguri и его подопечным отказать нельзя. Проверки на прочность начались сразу: FIA решила не включать их в состав участников чемпионата. Да и в одной из «конюшен», Midland, категорически возражали против присутствия на стартовой решетке этапа японских дебютантов. Поскольку в «Формуле-1» любая команда имеет право наложить подобное вето, возникла серьезная проблема, но путем переговоров ее удалось решить. Смилостивилась и FIA. Накануне дебюта в Мельбурне Сузуки заявил: «В отличие от других боссов, я не ставлю перед Super Aguri задачу на конкретные этапы. Понимаю, что в первых гонках нам будет очень непросто. Каждый заезд будет испытанием, которое мы должны выдержать». И он вовсе не сгущал краски. Дебют в марте 2006 года подтвердил все самые худшие ожидания. Даже Сато на медленном болиде выглядел мальчиком для битья, что уж говорить о его напарнике Юдзи Иде. Неопытный японский пилот запомнился только своими нелепыми ошибками и вскоре был заменен. Сначала его место занял француз Франк Монтаньи, а потом – соотечественник Сакон Ямамото.

Команда, конечно же, стала аутсайдером, но выполнила задачу-минимум на сезон: удержалась в «Формуле-1». А в последней гонке года, в Бразилии, Сато даже сумел замкнуть десятку сильнейших, финишировав в двух шагах от зачетной зоны.

Честолюбивые планы

В межсезонье персонал Super Aguri находился в приподнятом настроении, благо удалось частично снять финансовую нагрузку с Honda, найдя себе главного спонсора – гонконгскую SS United Group Oil & Gas Company. Партнером Сато стал квалифицированный британский пилот Энтони Дэвидсон. Да и машина получилась гораздо более удачной: за основу было взято шасси Honda образца 2006 года, на котором Дженсен Баттон во второй половине пре­дыдущего сезона набрал больше всех очков. Все шло настолько хорошо, что управляющий директор команды Даниэле Аудетто позволил себе весной 2007 года заявить: в чемпионате-2008 Super Aguri одержит первую победу. Мол, тогда в силу вступят новые правила, призванные уменьшить расходы, и большим командам придется потратить много времени и усилий на реорганизацию. А в японской «конюшне» и так знают, как с максимальной эффективностью использовать скромный бюджет (в 2006‑м он, к примеру, составлял всего 57 миллионов долларов) и небольшой штат в 150–200 человек. Сначала его слова показались абсурдными, но уже в стартовой гонке сезона на Мельбурн-парке гонщики Super Aguri квалифицировались на высоких десятом и одиннадцатом местах, а в начале мая в Барселоне Сато принес команде первое зачетное очко. Еще через месяц в Канаде Такума и вовсе финишировал шестым, заработав три балла. Машины Super Aguri опережали на трассе заводские Honda, на разработку и доводку которых тратились баснословные суммы – сотни миллионов долларов. Так что разговоры об эффективном расходовании бюджета стали восприниматься всерьез.

Крах Super Aguri обернется для «Формулы-1» по меньшей мере двумя очень важными последствиями: с одной стороны, незавидная история японской команды явно отпугнет новых инвесторов, а с другой – заставит тех, кто уже вкладывает деньги в «конюшни», существенно увеличить их бюджеты. И все вместе это означает, что глобальное сокращение расходов и наступление эры «маленьких команд» вновь надолго отложится

Отложенная смерть

Однако белая полоса, увы, закончилась очень быстро. Уже летом 2007 года объем работ по доводке автомобилей был сокращен, а потом их и вовсе приостановили: SS United Group Oil & Gas Company практически перестала выполнять обязательства перед командой. Как следствие, больше Super Aguri не набрала ни одного очка. Если при скромном бюджете она была способна на подвиги, то когда денег не осталось вовсе, чудеса прекратились. В ноябре пришлось пойти на сокращение персонала со 170 до 115 человек и пропустить ряд зимних тестов. В Honda не скрывали своего раздражения. Компания хотела сконцентрировать все силы на прогрессе главной команды, а полностью финансировать дочернюю не желала. Пошли разговоры, что Super Aguri вообще не выйдет на старт сезона-2008. Однако Агури Сузуки и его соратники вновь проявили упорство и к Гран-при Австралии нашли себе нового стратегического партнера, готового выкупить значительную часть акций коллектива, – британскую консалтинговую компанию Magma Group. Потом стало известно, что Magma Group и вовсе станет новым владельцем Super Aguri, оставалось уладить лишь некоторые финансовые и юридические формальности. Как вдруг в середине апреля пришло известие: сделка отменяется, ближневосточные инвесторы Magma Group передумали покупать «конюшню». Японцы отчаянно хватались за каждую соломинку и вновь попробовали возобновить прерванные ранее переговоры с испанским бизнесменом Алехандро Агагом, но безуспешно. Зато руку помощи им протянула немецкая Weigl Group, занимающаяся высокими технологиями. Компанию немецкого бизнесмена Франца Йозефа Вейгля нельзя было назвать чуждой «Формуле-1»: ее специалисты помогали в разработке коробки передач команде Midland. Сам Вейгль повсюду раздавал обещания спасти «маленькую, но гордую» команду и вывести ее на новый уровень, но его предложение – 11,6 миллиона долларов на операционные расходы в 2008‑м при условии, что Honda продолжит и дальше оказывать техническую поддержку и поставлять двигатели – японского автогиганта не вдохновило. Патриотизм патриотизмом, но 6 мая, накануне Гран-при Испании (по иронии судьбы, того самого, где годом ранее Super Aguri добыла первое очко), на административном совете Honda детищу Сузуки был фактически вынесен приговор. По жестоким законам жанра именно Агури был вынужден объявить о банкротстве своего коллектива, а в Honda, дабы не раздражать японских поклонников «Формулы-1», дипломатично выразили сожаление по поводу такого решения, назвав его, однако, неизбежным. Впрочем, группа поклонников Super Aguri все же устроила демонстрацию протеста у штаб-квартиры Honda. Да и сам Сузуки, хотя и не сказал о компании ни одного плохого слова, а напротив, благодарил за поддержку в предыдущие годы, не сдержал эмоций и обрушился с критикой на всю «Формулу-1». Он назвал ее «клубом пираний», к которым больше не собирается совать свои пальцы. Еще бы, два с половиной года титанических усилий – и ничего. Только отрицательные эмоции.

Гонка вооружений

Конечно, можно сказать, что Super Aguri изначально была маложизнеспособным проектом, игрушкой в руках Honda, которая пошла ко дну, как только в японском автогиганте с ней наигрались. Но важно отметить и другое. В последние годы в руководстве «Формулы-1» и FIA много говорят о глобальном сокращении расходов, обещая нормальную жизнь для «маленьких» команд. Однако от слов к делу никто не переходит, гонка вооружений продолжается. И банкротство команды, столь редкое явление для современных «Больших призов» (конечно, «конюшни» частенько меняли своих владельцев, однако приказали долго жить только Prost в 2001 году и уже упомянутая Arrows в 2002‑м), наглядно это показало. «Частники» не способны получать в «Формуле-1» прибыль или даже выйти на самоокупаемость. Поэтому отказалась от дебюта в 2008‑м Prodrive, поэтому, лишившись полузаводского статуса, погибла Super Aguri. Миссия по ее спасению оказалась невыполнимой.

Партнеры журнала: