Рулевая

Большой спорт №6-8(34) Лето 2009
Дмитрий Маслов
О том, что побудило ее круто изменить карьеру, с какими организационными проблемами сталкивается российский парусный спорт, Екатерина Скудина рассказывает в интервью журналу «Большой спорт».

Экипаж чемпионки Европы 2007 года в классе Yngling Екатерины Скудиной был главной надеждой России на Олимпиаде в Пекине. Однако завоевать медали российским яхтсменам так и не удалось – к финишу они пришли лишь шестыми.

На Игры в Лондоне Скудина отправится с другой командой и выступит в новом для себя классе Elliott-6, где она до сих пор не имела серьезного соревновательного опыта.

О том, что побудило ее круто изменить карьеру, с какими организационными проблемами сталкивается российский парусный спорт и почему в стране не хватает высококлассных спортивных менеджеров, Екатерина Скудина рассказывает в интервью журналу «Большой спорт».

После Олимпиады в Пекине вы объявили о переходе из класса Yngling в Elliott-6, только недавно включенный в олимпийскую программу. Уже ясно, кто войдет с вами в экипаж?

В начале мая в Подмосковье состоялся первый сбор, в ходе которого я отобрала в команду трех девушек. И хотя по регламенту экипаж яхты состоит из рулевого и двух шкотовых, я пригласила на одну спорт­сменку больше. Наличие третьего члена экипажа позволит мне иногда выключаться из тренировочного процесса, поскольку шкотовым на воде нужно быть значительно дольше, чем рулевому, особенно учитывая мой опыт. Три девушки смогут вести тренировочный процесс самостоятельно. Елена Облова и Елена Сюзева выступали в классе Laser Radial, но международного опыта у них почти нет, а Ирина Лоцманова гонялась в роли рулевой именно в матч-рейсе, куда я и перешла.

После того как класс Yngling был исключен из олимпийской программы, вы долго размышляли над тем, куда переходить?

На мой взгляд, в нынешних экономических условиях исключение Yngling из олимпийской программы – крайне сомнительное решение. Ведь продать эти лодки сегодня почти невозможно. А переход в новый класс связан с огромными временными и, главное, финансовыми затратами. Но, поразмыслив, я решила, что все происходящее для меня довольно интересно, тем более что в матч-рейсе организаторы соревнований предоставляют спортсменам яхты, что существенно облегчает логистические проблемы.

Насколько вы чувствуете себя готовой к новым видам гонок?

Безусловно, матч-рейс – совершенно новый вид соревнований, имеющий весьма опосредованную связь с гонками флота. Но я уверена, что смогу достаточно быстро переквалифицироваться.

С одной стороны, предоставление яхт организаторами облегчает логистические задачи, но с другой – к лодке надо приспособиться. Как вы решаете эту проблему?

В организационном плане все становится намного легче, ведь раньше мы возили не только свою лодку, но и яхту для спарринг-экипажа, с которым тренировались, и катер для тренеров. Держать три машины за границей нелегко. С другой стороны, это позволяет быть уверенным, что собственная матчасть не подведет, окажется в любой момент стопроцентно готовой к соревнованиям. В матч-рейсе всегда существует риск, что с яхтой что-то произойдет, но в такой ситуации оказываются все экипажи. То, с кем будешь гоняться и на какой лодке, определяется по жребию.

Есть ли у вас конкурентки внутри России в классе Elliott-6?

Думаю, найдутся. Введение в олимпийскую программу матч-рейса вызвало серьезный резонанс в мире, ведь для организаторов регаты провести эти гонки намного сложнее. Например, каждой паре соревнующихся нужны как минимум двое судей, отслеживающих все спорные моменты. Необходимо также предоставить моторные лодки судьям и оргкомитету. Два этапа Кубка мира весной 2009 года – Кубок принцессы Софии и Йерская регата – убрали матч-рейс из программы. И до тех пор, пока Международная федерация парусного спорта (ISAF) не заняла по этому вопросу жесткую позицию, ничего не двигалось с места.

В России пока вообще толком никто не понимает, как будут проводиться эти гонки. Еще одна проблема – рейтинг. В марте 2008-го я была лидером мирового топ-листа в классе Yngling, после Олимпи­ады стала второй. Сейчас рейтинг в этом классе аннулировали, а в матч-рейсе меня никогда не было. К чемпионатам мира и Европы спортсмены допускаются как раз по рейтингу, так что в странах, где матч-рейс серьезно не культивировался до Олимпиады в Пекине, есть сложности с заявкой на крупнейшие старты. Поскольку таких стран очень много, ISAF разрешила заявляться на соревнования максимум по одному экипажу от страны, чтобы была возможность набрать очки.

Раньше матч-рейс жил своей жизнью, не обращая внимания на олимпийское движение, – имелись собственный рейтинг и гонщики. Сейчас все сливается, и как именно будет происходить этот процесс, ISAF, по сути, не знает. Мы получили возможность участвовать в чемпионате Европы, а вот на мировое первенство допускаются лишь 11 экипажей по рейтингу и один, выбранный организаторами.

У вас уже есть яхта для соревнований?

В матч-рейсе не слишком важно, на какой яхте ты выступаешь. Yngling как тип лодки также номинировался, но избрали Elliott-6. Эта яхта первоначально создавалась как четырехместная, но для Олимпиады принята как трехместная. Производителей обязали укоротить мачту, изменить парус и киль. На данный момент с верфи не сошло ни одной яхты в олимпийском классе, ISAF решает, кто получит их первыми. Тем не менее уже на Кильской регате, которая состоится в конце июня, шесть лодок Elliott-6M будут представлены для матч-рейса.

А как же вы будете тренироваться в матч-рейсе?

Первые соревнования проведу на яхте класса Yngling. Девушки, которых я набрала в команду, не имеют опыта выступлений на такой лодке, а от экипажа в матч-рейсе очень многое зависит. Я готова к тому, что в нынешнем дебютном сезоне первых мест у нас не будет.

Я совмещаю сразу несколько амплуа – организатора, тренера и гонщицы, но в то же время понимаю, что для достижения результата рулевому нужно концентрироваться на тренировочном процессе, а не на управленческих проблемах. В британской сборной, самой профессиональной в нашем виде спорта, на 18 спортсменов приходится 38 разных менеджеров: агентов, тренеров, технических специалистов, диетологов

Выступая в классе Yngling, вы тренировались с датским наставником. Продолжится ли это сотрудничество после перехода в Elliott-6?

Найти российских специалистов мирового уровня в Yngling практически невозможно. Здесь надо постоянно работать с парусами и яхтой – мы даже разрабатывали детали с помощью конструкторских бюро. В матч-рейсе задача облегчается – не важно, какой у тебя парус, важно, как ты им управляешь. К тому же мужской матч-рейс в России весьма хорошо развит: в стране есть два ведущих гонщика – Андрей Арбузов и Евгений Неугодников, – входящих в Top 15 мирового рейтинга. Так что первые несколько лет мы будем сотрудничать именно с российскими специалистами.

Александр Котенков выступал за централизованную подготовку членов сборной России. После избрания главой ВФПС Дмитрия Зеленина от этой идеи отказались?

Я жестко выступала против идеи Котенкова о необходимости централизованной подготовки в Сочи и даже собиралась завершить карьеру, если бы такое решение приняли. С приходом Зеленина ситуация кардинально изменилась. Сейчас в ВФПС складывается качественно иной уровень менеджмента, но централизованная подготовка для меня в любом случае не­приемлема.

А как вы относитесь к смене гостренера по парус­ному спорту?

Я рада за Георгия Шайдуко, который занял этот пост вместо Георгия Георгяна. Надеюсь, ему хватит опыта и мудрости, чтобы исправить ситуацию. Лично на мою подготовку смена гостренера не повлияла, поскольку она строилась в основном за счет спонсорских средств. Конечно, в условиях кризиса мы вынуждены задействовать деньги Министерства спорта и туризма, которые и так положено выделять нашему экипажу как сильнейшему в национальной сборной.

Вы сами занимаетесь поиском спонсоров?

К сожалению, мало кто в России понимает, что спортивный менеджмент – очень важная составляющая. Специалистов в этой области катастрофически не хватает. Мне лично приходилось заниматься организацией выездов, общением со спонсорами, подготовкой отчетов. Парусный спорт очень затратен, особенно в год, когда необходимо приобретать яхту. Я занималась в Московской парусной школе, и однажды Георгий Шайдуко пригласил меня принять участие в соревнованиях в классе Dragon в Германии. Там я познакомилась с российскими бизнесменами, выступающими в этом классе, в том числе с Василием Сенаторовым. Он стал основным спонсором команды, и с его помощью работа с другими спонсорами значительно улучшилась.

Вы работаете над диссертацией о спортивном менеджменте. Как теоретик и в то же время практик, в чем видите специфические российские проблемы в этой области?

Я пишу диссертацию на тему «Управленческие технологии как ресурс достижения лидерства в спорте». В России вообще сложно с хорошими управленческими кадрами, а в спорте их просто единицы. Сама я, по сути, совмещаю несколько амплуа – организатора, тренера и гонщицы, но в то же время понимаю, что для достижения результата рулевому нужно концентрироваться на тренировочном процессе, а не на управленческих проблемах.

А у ваших соперниц есть агенты и менеджеры?

В российском парусном спорте такого в принципе ни у кого нет, и мое преимущество заключается в том, что я могу как гоняться, так и заниматься организационной деятельностью. Самая профессиональная сборная в парусном спорте – британская. На 18 спортсменов, представлявших страну на Олимпиаде в Пекине, там приходится 38 самых разных специалистов и менеджеров: агентов, тренеров, организаторов, технических помощников, диетологов… Британские яхтсмены не задумываются о том, как купить билет, где жить, как доставить яхты из Европы в Китай, а мы занимаемся этим сами.

А вся эта структура может быть самодостаточной в финансовом плане?

Я с интересом узнала, что спонсорство в любом виде спорта, даже футболе, не приносит должной отдачи. По сути, оно не окупается. Поэтому речь идет скорее о меценатстве, нежели о спонсорстве.

Но чтобы заинтересовать потенциальных инвесторов, нужно прежде всего обеспечить достойное медиапокрытие, сделать парусный спорт интересным для телезрителя. Посмотрите на биатлон – сегодня этот вид спорта имеет очень высокий телевизионный рейтинг. И массовый интерес к нему появился тогда, когда трансляции сделали удобными для зрителя: ввели планочки с мишенями, стали показывать лицо спортсмена и цель, которую он поражает. Что-то подобное необходимо сделать и с яхтингом – совместить съемки из лодки с анимационной картинкой, показывающей гонку в целом. Именно с популяризации надо начинать людям, пришедшим к руководству российским парусным спортом. Как только яхтинг станет более массовым, отдача от финансовых вложений значительно повысится.

Вы уже задумывались об окончании спортивной карьеры? Если да, то чем вы планируете заниматься после ухода из спорта?

Думаю над этим постоянно. Очень рада, что в олимпийской программе появился матч-рейс, это позволяет не отдавать спорту все свое время. Например, теперь можно не ездить на сборы на Мальорку, где я провела полгода в олимпийском сезоне, а поставить две яхты в яхт-клубе «ПИРогово», гоняться по вечерам, а днем заниматься чем-то другим. Конечно, в парусном спорте нет таких нагрузок, как в гимнастике или в атлетических дисциплинах, и заниматься им можно до очень зрелого возраста, но затягивать с завершением карьеры, думаю, не стоит.

А моторными яхтами вы интересуетесь?

По статистике, в мире 85 процентов – это как раз моторные лодки, а в России и вовсе 93 процента, но моя жизнь связана с парусом. Ведь что такое водно-моторный спорт? У кого мощнее двигатель, тот и выиграл. Наверное, это интересно, но недолго. Так что многие, покатавшись «на моторе», хотят романтики, экологической чистоты и обращаются к парусу. Я вижу, что интерес к яхтингу в России растет в геометрической прогрессии. К тому же парусный спорт способствует гармоничному развитию: ребенок находится на свежем воздухе, совмещает умеренную физическую нагрузку с интеллектуальной работой. На яхте нужно думать, принимать решения. Ты учишься анализировать, брать на себя ответственность, заботиться о лодке, знакомишься с основами физики и аэродинамики.

Вы постоянно акцентируете внимание на том, что в физическом плане парусный спорт не слишком тяжелый. А были ли у вас серьезные травмы? Есть ли у яхтсменов профессиональные заболевания?

Конечно, на определенные части тела ложится наибольшая нагрузка. И перед выходом на воду необходимо размяться, чтобы не потянуть мышцы. При откренивании яхты повышенная нагрузка ложится на коленный сустав, но это не значит, что у каждого второго спортсмена травмы – в нашем виде спорта они все же очень редки.

Как часто вы меняете яхты, на которых выступаете?

Из 11 олимпийских классов Yngling – самая долговечная лодка, прежде всего потому, что самая большая и тяжелая. При постройке яхты обычно пытаются добиться минимального веса при максимальной жесткости, поэтому «одиночки» и даже «двойки» живут год-два. Яхта, на которой я дебютировала в классе Yngling, была старше меня на пять лет, что не мешало занимать призовые места.

А что бывает с яхтами после окончания выступлений на них?

Две мои яхты сейчас стоят в Германии, пока продать их не удается. У каждого выступавшего на Олимпиаде экипажа было минимум две лодки: лишать себя тренировочной практики на месяц, пока яхта плывет в контейнере в Китай, никто не хотел. После окончания Игр в Пекине и исключения класса Yngling из олимпийской программы все стали продавать свои лодки, а в таком количестве они на рынке не нужны. Что касается других классов, например Laser, то такие яхты можно отдать начинающим спортсменам.

Вы видели соревнования в классе Elliott-6?

Живьем – ни разу. К сожалению, по ряду причин в нынешнем сезоне яхта для России не была заказана. Летом на Кильской регате мы сможем погоняться на Elliott-6, но для тренировок она появится у нас не раньше 2010 года. Это монотип, который делают на новозеландской судоверфи, корпуса же строят в Китае. Мне даже сложно сказать, сколько таких яхт вообще будет произведено, – подозреваю, что не более нескольких десятков.

Изменения в олимпийской программе – во многом результат лоббирования. Как выяснилось, в техническом комитете ISAF был человек, прямо заинтересованный в выборе Elliott-6. Этот монотип делают на новозеландской судоверфи. Пока с нее не сошло ни одной яхты в олимпийском классе, ISAF решает, кто получит их первыми. В России эта лодка появится не раньше 2010 года

Если Elliott-6 – монотип, можно предположить, что изменения в олимпийской программе пролоббированны именно производителями?

Безусловно, это политический шаг. Как выяснилось, в техническом комитете был человек, прямо заинтересованный в выборе Elliott-6.

На Олимпиаде в Афинах вы подверглись скандальной дисквалификации. Как вы оцениваете позиции России в ISAF? Часто ли засуживают отечественных спортсменов?

Говорить о прямом засуживании я бы не стала – это очень удобно для оправдания неудач. Но мы действительно не пользуемся особым авторитетом. Команда Дмитрия Зеленина ставит задачу укрепить позиции России в ISAF, для этого в различные структуры международной федерации уже введено несколько человек, и я тоже собираюсь номинироваться в комитет спорт­сменов. После случая в Афинах я поняла, что надо быть гораздо лучше подготовленной в юридическом плане, правильно вести себя во время подачи и рассмотрения протеста, и здесь мы достигли определенных успехов – за два года до Игр в Пекине не проиграли ни одного протеста.

В начале олимпийского цикла традиционно составляются медальные планы. Какую награду запланировали в Лондоне вам?

Согласно комплексной целевой программе в парусном спорте планируются две медали – серебряная и бронзовая. Как сказал Георгий Шайдуко, «наши девушки нас всегда выручали», так что серебро запланировано именно в женском матч-рейсе. Надеюсь, что, предполагая такую награду, ВФПС намерена направить в наш класс основные ресурсы.


Олимпийский яхтинг

На грядущих Играх в Лондоне в 2012 году яхтсмены разыграют десять комплектов наград – на один меньше, чем на предыдущей, пекинской Олимпиаде. Решением Международной федерации парусного спорта из олимпийской программы исключен класс Tornado и вместо женских соревнований в классе Yngling добавлены в классе Elliott-6.

На прошедшей Олимпиаде четыре золотые медали завоевали британские яхтсмены. Также два золота выиграла сборная Австралии, и по одной медали высшей пробы досталось китайцам, американцам, испанцам, датчанам и новозеландцам.

Партнеры журнала: