Дело Шабтая

Большой спорт №7-8(44) Июль - Август 2010
Дмитрий Маслов
О том, с какими перспективами вступает «Спарта&К» в новый сезон, первый после гибели харизматического руководителя в интервью журналу «Большой спорт» рассказывает исполнительный директор клуба Дмитрий Федосеев.

2 ноября минувшего года трагически погиб генеральный менеджер женской сборной России по баскетболу, владелец подмосковного «Спартака» Шабтай фон Калманович. После этого нередко приходилось слышать, что команда, выигравшая подряд три Евролиги, будет распущена или, по крайней мере, значительно ослабнет по составу. Однако подмосковный коллектив вновь выиграл самый престижный клубный турнир континента и занял второе место в первенстве страны. О том, с какими перспективами вступает «Спарта&К» в новый сезон, первый после гибели харизматического руководителя, о проблемах российского баскетбола и перспективах создания в стране женской профессиональной лиги в интервью журналу «Большой спорт» рассказывает исполнительный директор клуба Дмитрий Федосеев.

Шабтай фон Калманович лично обеспечивал 50 процентов бюджета клуба. Что, кроме финансового положения, изменилось после его гибели?

Прежде всего, Шабтай был генератором идей, чрезвычайно деятельным человеком. Его идеями и принципами работы мы руководствуемся и сегодня. Результаты наших команд показывают – это правильные идеи. Но работать с ним было сложно – очень жесткий и требовательный человек, мог позвонить с деловыми вопросами в четыре утра, для него не существовало выходных дней, перерывов на обед. Но именно энергия фон Калмановича «двигала» команду.

В плане бюджета Московская область продолжает нам помогать, хотя объем выделяемых средств снизился. Но это обусловлено общим финансовым кризисом, а не гибелью Шабтая. Оказывает всестороннюю поддержку и Ленинский район Московской области.

Сложность в том, что все общение со спонсорами, рекламодателями шло непосредственно через фон Калмановича. Даже его вдова Анна Архипова, ставшая генеральным директором «Спарты&К», не владела полной информацией. От некоторых бывших партнеров сейчас нет помощи, пытаемся искать новых. В клубе идет переход к другой модели финансирования.

Значит, задача на равных бороться с УГМК не стоит?

Сейчас у нас меньше возможностей найти деньги, и это основная сложность. Впрочем, бюджет клуба и в предыдущие годы был меньше бюджета УГМК, а результаты вы знаете. Мы хотим сохранить все, что было при Шабтае, и даже приумножить. «Спарта&К» – не просто суперклуб, но целая пирамида, включающая училище олимпийского резерва и детские команды. В структуре сейчас около 300 игроков различных возрастов. Не вижу причин, по которым стоит отказаться от реализации главной баскетбольной мечты Шабтая – через несколько лет выиграть Евролигу с командой, где будут только российские игроки во главе с российским тренером.

Если говорить о конкретных целях на следующий сезон, то в Евролиге мы должны как минимум дойти до «финала четырех» и по возможности выиграть турнир. Хотя будет тяжело. В чемпионате России есть явный лидер – УГМК, с которым хотелось бы побороться в финале. Правда, насколько я знаю, в следующем сезоне серьезно усиливаются команды из Курска и Оренбурга.

На сколько бюджет следующего сезона будет меньше предыдущего?

Лучшим в финансовом плане у клуба был позапрошлый сезон, сейчас бюджет, конечно, меньше. Однако по сравнению с прошлым годом снижение незначительное – грубо говоря, на разницу контрактов ушедших лидеров и появившихся новичков. Как известно, Диана Таурази и Сильвия Фаулз подписали договоры с Fenerbahçe и Galatasaray соответственно – в Турции новый виток популярности женского баскетбола.

А Татьяна Щеголева будет выступать за команду?

Она окончательно не определилась с перспективами продолжения карьеры. Мы хотели подписать с ней контракт, но Татьяна сообщила, что вообще не планирует играть в следующем сезоне.

В «Спарту&К» перешла Эпифанни Принс – американка, имеющая российский паспорт. Как удалось оформить ей гражданство?

Это наработка Шабтая фон Калмановича, который вел со спортсменкой почти трехлетние переговоры. В прошлом году Эпифанни жила в России, тренировалась с командой. Российский паспорт ей оформили с согласия РФБ – с перспективой выступления за сборную страны. Ведь Ребекка Хэммон моложе не становится. К сожалению, в России огромный дефицит «первых номеров», и натурализация иностранок – вынужденный шаг.

Еще одна американка с российским паспортом – Келли Миллер больше не будет выступать в России?

Ее контракт с клубом закончился. Конечно, Келли – классный игрок, но в России ее зарплату могут «потянуть» далеко не все, разве что УГМК да оренбургская «Надежда», бюджет которой в этом году увеличился. Но, как правило, когда у клуба есть деньги только на одного-двух дорогих игроков, приглашают «больших» – у них в одиночку больше возможностей влиять на результат.

Клуб был переименован вскоре после гибели Шабтая. Это совпадение?

История с названием тянулась больше года. Фон Калманович не хотел платить обществу «Спартак» за использование запатентованного имени. То был принципиальный вопрос. Согласитесь, что поддерживать деньгами баскетболистов-ветеранов – правильно и благородно. И Шабтай, кстати, не бравируя, не афишируя, помогал многим ветеранам. На суммы большие, чем с клуба требовали правообладатели. Понятно, что он не хотел финансировать общество «Спартак»… Да еще по схеме, когда заявляют: у вас такой-то бюджет, хотим определенный процент от него. То есть, допустим, 100 руб­лей. А клуб из Санкт-Петербурга с таким же названием будет платить 50 рублей, поскольку его бюджет меньше.

Решение о переименовании команды принял сам Шабтай. Он предварительно согласился и с названием «Спарта&К». Недавно мы получили соответствующие документы из Минюста, официально юридическое лицо именуется «Спарта энд К», поскольку в России в названиях нельзя использовать символы. В следующем сезоне команда будет выступать под названием «Спарта&К» (Московская область). Букву «К» можно ассоциировать с фон Калмановичем. К сожалению.

В русском баскетболе очень остро стоит кадровый вопрос. Часто слышишь, что Сергей Чернов все под себя «подмял». Да, на одной чаше весов – его личные устремления, желания, опыт, квалификация, авторитет. А на другой – отсутствие реальных оппонентов, пассивность, нежелание брать на себя ответственность. Шабтай постоянно дискутировал с президентом РФБ, и в этих спорах рождалось много полезных идей

В минувшем сезоне мужские и женские клубы составляли фактически одну структуру. Сейчас создана ПБЛ. Грядут ли изменения в женском баскетболе?

Если абстрагироваться от известного судейского скандала, а говорить только о лиге, то мало кто представляет предстоящий объем работы, да еще при имеющемся дефиците спортивно-управленческих кадров. А в РФБ есть люди, знающие, что и как надо делать. Впрочем, в мужском басктболе бюджеты больше, и команды могут содержать аппарат новой лиги. На данном этапе я вижу только одно отличие ПБЛ от существовавшей системы – клубы будут знать, куда расходуются их взносы за участие в чемпионате и паспортизацию игроков. Но платить эти деньги им все равно придется.

Допустим, возникнет независимый судейский орган. Сразу появятся вопросы: кто его возглавит, в каких отношениях этот человек будет с главой РФБ, руководителями клубов? Кто даст гарантию, что на следующий день после судейских ошибок в матче ЦСКА – «Химки» не начнутся разговоры о том, что Андрей Ватутин, ставший, к примеру, главой ПБЛ, не имеет особых взаимоотношений с руководством судейского органа? Арбитраж – дело тонкое. В футболе судейский комитет формально независим, а проблем больше, чем в баскетболе. На мой взгляд, с судейством, в принципе, сделать ничего нельзя: ошибки, симпатии со стороны арбитров будут всегда. Недаром громкие скандалы происходят и в Италии, и в Германии. Избежать можно только совсем диких ситуаций, например, когда руководство федерации «рекомендует» арбитрам раздавать фолы по модели «два туда, один – сюда». Предлагаемые ПБЛ изменения проблемы судейства принципиально не решат, хотя бы потому, что арбитры будут те же.

Но в любом случае реформы и движение – это хорошо. С тех пор как Сергей Чернов возглавил РФБ, была проделана гигантская работа, однако в последние годы наступил период стагнации. Существует система: клубы – молодежные команды – ДЮБЛ. В то же время вновь созданной ПБЛ нужен «продукт», а не развитие юношеского баскетбола. Сейчас за игрока спортивная школа может получить максимум 250 тысяч рублей, при том что тратит на его семи-восьмилетнее воспитание сумму в пять раз большую. А ведь если один игрок из выпуска оказывается в сильнейшем дивизионе, это нормальный результат, два – хороший, три – отличный. Так что баскетбольные школы, в принципе, не окупаются. Но «повесить» затраты на подготовку молодежи на клубы – не выход, они лучше приобретут готовых мастеров. Поэтому нужна конкретная программа развития баскетбола, которая бы объединила все хорошее, что есть в России, США, Сербии. Например, прописать в регламенте: через три-четыре года каждый клуб должен иметь свою школу (реально, а не по устной договоренности с директором ДЮСШ), и при ее отсутствии не допускаться к участию в турнире сильнейшего дивизиона. Помню, как все смеялись над Николаем Толстых, который в начале 1990-х, возглавив ПФЛ, закрепил регламентом положение, требующее, чтобы через пять лет у всех клубов второго дивизиона были стадионы с подогревом поля и пластиковыми сиденьями. Лига заняла жесткую позицию и реализовала задуманное. Можно прописать и количество легионеров на пять лет, и требования к залам. Но главное – жестко настаивать на этом. В баскетболе конкретной программы развития пока нет. А есть лишь некая общая стратегия, «надерганная» из разных методичек.

Женский баскетбол в России – социальный проект, финансирование в основном бюджетное, а спонсоры для команд находятся зачастую с помощью административного ресурса. Так что, когда руководители клубов пойдут к местным властям или спонсорам и предоставят утвержденную Минспортом конкретную программу развития, всем станет легче. По крайней мере, спонсорам будет ясно, на что именно пойдут деньги.

Что вы думаете о лимите на легионеров?

Входящие в ПБЛ клубы наверняка будут стремиться к его отмене, а Минспорт – противиться. И это привычный конфликт интересов клубов и сборной. Российские игроки прекрасно знают, что в любом случае будут выходить на площадку из-за своего паспорта, а он «стоит» дорого. И получать они хотят столько же, сколько легионеры, но за «паспорт», а не за игру. Очень часто иностранки отдаются баскетболу больше, чем отечественные игроки. Некоторые российские спортсменки считают, что, раз появилась в контракте нужная сумма, все в порядке – можно покупать розовые сапоги и Porsche Cayenne, а в баскетбол пусть играют легионеры. Лимит убивает здоровую конкуренцию. Но я рассуждаю с точки зрения представителя клуба.И понимаю: отмена лимита на данном этапе – смерть национальной сборной.

Как вы относитесь к приглашению иностранных арбитров на финал плей-офф чемпионата России?

Положительно. За месяц до финальной серии с УГМК я назвал все фамилии арбитров на каждый матч и ошибся лишь в одной. Мы просили назначить иностранцев, но согласие требуется от обоих клубов. А руководство УГМК решило, что «чемпионат России должны судить россияне».

Думаете, трагический уход Шабтая фон Калмановича сказался на судейском отношении к клубу?

Конечно, Шабтай не допустил бы такого арбитража в первых двух матчах серии с УГМК. Хотя вопросы к арбитрам были и сезоном ранее. Проблема и в том, что с его гибелью ослабли позиции России в FIBA, где фон Калманович пользовался большим авторитетом. С его смертью русский, да и европейский баскетбол потерял генератора идей, способного придумывать и, главное, реализовывать проекты.

В нашем виде спорта очень остро стоит кадровый вопрос. Часто слышишь, что Сергей Чернов все под себя «подмял». Да, на одной чаше весов – его личные устремления, желания, опыт, квалификация, работоспособность, авторитет, поддержка тех, кого нынешний президент устраивает. А на другой? Отсутствие реальных оппонентов, пассивность, нежелание брать на себя ответственность. Шабтай постоянно дискутировал с президентом РФБ, и в этих спорах рождалось много полезных идей. В декабре из уст одного из сотрудников федерации довелось услышать кощунственную фразу: мол, хорошо, что не стало фон Калмановича, теперь не надо суетиться. И действительно, теперь нет человека, который ежедневно баламутил баскетбольное болото.

Партнеры журнала: