Пара номер один

Большой спорт №3(50)
Борис Ходоровский
О том, кому принадлежит идея поставить их в пару, спортивных планах и бытовых проблемах Татьяна Волосожар и Максим Траньков рассказывают в интервью журналу «Большой спорт».

В оценке перспектив созданного минувшей весной дуэта Татьяна Волосожар – Максим Траньков российские специалисты расходились. Все признавали талант партнеров. Выступавшую за Украину Волосожар многие вообще считали лучшей парницей в мире. Потенциал Транькова тоже сомнений не вызывал. Вот только о непростом характере питерского парня в мире фигурного катания ходили легенды. Укротить его не смогли ни Тамара Москвина, ни Олег Васильев. Специалисты, болельщики и журналисты гадали, сложится ли из двух талантливых спортсменов пара. Был еще один нюанс. Завершив спортивную карьеру, бывший партнер Волосожар на льду Станислав Морозов не собирался расставаться с ней в жизни. Да и выбор тренера многих удивил. Ведь Нина Мозер добивалась до сих пор успехов только с юниорами. Перед стартом чемпионата России многие считали, что второе место будет безусловным успехом нового дуэта, и лишь отлично знавшая расклад сил в российском фигурном катании Людмила Великова, у которой начинал Максим, не сомневалась в победе. И оказалась права. Чемпионат России новообразованный дуэт выиграл безоговорочно. И стал едва ли не главной олимпийской надеждой России на Сочи-2014.
О том, кому принадлежит идея поставить их в пару, спортивных планах и бытовых проблемах Татьяна Волосожар и Максим Траньков рассказывают в интервью журналу «Большой спорт».

Когда вы завершили выступления в произвольной программе, понимали, что стали чемпионами России?

Максим Траньков (М. Т.): Нет. В фигурном катании действует правило: сначала ты работаешь на авторитет, а потом – авторитет на тебя. Сложно было ожидать, что, дебютируя в чемпионате России, мы сразу же станем первыми. Ведь соревноваться пришлось с уже сложившимися парами. Прокатом мы с Таней были очень довольны. Отлично поработали на тренировках, и с каждым выступлением у нас получалось все лучше и лучше.

Как вы расцениваете победу над действовавшими чемпионами Европы?

М. Т.: Не стоит акцентировать внимание на дуэли с парой Кавагути – Смирнов. В Саранске мы не ставили цели непременно опередить этот великолепный дуэт. Мы ведь в первый раз сошлись на льду, и время серьезного соперничества еще не пришло. Нам было важно показать все то, что освоили за время совместной с Татьяной работы. Узнать оценки судей и специалистов, посмотреть, приглянулись ли мы болельщикам. В спортивном плане стояла задача отобраться на чемпионат мира в Токио.

Можно ли сказать, что уровень последнего чемпионата России сопоставим с уровнем последних первенств континента?

Татьяна Волосожар (Т. В.): Безусловно. Даже на чемпионатах мира в последние годы на призовые места не было столько претендентов. Для нас это очевидный плюс. Только в соперничестве с сильными парами появляется уверенность в собственных силах.

М. Т.: На последних чемпионатах России два дуэта были на голову выше остальных, и как бы ни прокатались Юко с Сашей и мы с Машей, два первых места достались бы не нам. В Саранске победу одержали в честной и равной борьбе.

С такими прокатами, как в Саранске, вы сразу же войдете в число претендентов на золото на самых престижных турнирах.

М. Т.: Пока рано об этом говорить. Мы еще должны представить свои программы зарубежным арбитрам.

После Олимпиады в Ванкувере пара Волосожар – Морозов прекратила свое существование. Кто решил, что Татьяна будет продолжать кататься с новым партнером, а Станислав попробует свои силы в качестве тренера?

Т. В.: За Украину мы могли, наверное, откататься еще один олимпийский цикл. Никто из соперников на пятки нам не наступал. Инициатором финального решения выступил Станислав. Все-таки возраст, большого желания кататься, выходить на какой-то новый уровень у него не было. Да и травмы давали о себе знать. При этом он никогда не скрывал, что после завершения карьеры хочет поработать тренером. Мне же об уходе из спорта думать рано.

Тренироваться у Нины Мозер вы решили потому, что ни один из элитных российских специалистов, знающих не понаслышке о непростом характере Максима, не соглашался вас брать?

М. Т.: Это не так. В группу Великовых нас бы всегда взяли. Во время летнего смога, накрывшего Москву, мы сели в машину и уехали в Санкт-Петербург. Великовы оказали нам помощь в решении всех организационных вопросов. Не сомневаюсь, тренеры, которые привели меня к первым успехам на юношеском уровне, с удовольствием поработали бы с нашей парой.

Т. В.: И в этом вопросе инициатива исходила от Станислава. Дело в том, что Нина Михайловна Мозер – подруга его отца. Не составило сложностей договориться с ней и распределить обязанности в нашей группе.

Можно ли говорить о том, что ваш творческий квартет уже сложился?

М. Т.: На самом деле у нас многоугольник. Даже в Саранск на чемпионат России нас сопровождали четыре человека. Два тренера, постоянный хореограф Алла Капранова, массажист, визажист – всем занятий хватает. Короткую программу нам поставил хореограф Игорь Чиняев, работающий сейчас в Канаде. Когда-то он соревновался с Мозер в чемпионате СССР. Автором произвольной стал один из самых востребованных в мире фигурного катания постановщиков Николай Морозов.

В фигурном катании действует правило: сначала ты работаешь на авторитет, а потом – авторитет на тебя. Сложно было ожидать, что, дебютируя в чемпионате России, наш дуэт сразу же станет первым. Ведь соревноваться пришлось с уже сложившимися парами

Складывается впечатление, что Татьяна совсем не изменилась со времени выступлений с предыдущим партнером, а вот вы, Максим, стали намного спокойнее и увереннее в своих силах.

М. Т.: Я повзрослел и пересмотрел кое-какие взгляды на жизнь. К тому же с Таней чувствую себя на удивление спокойно. После первого соревнования, на котором мы выступали вместе, меня спросили: «Тебе не страшно было выходить на лед с новой партнершей?» Я ответил, что с Таней мне ничего не страшно.

В кулуарах соревнований по фигурному катанию уже несколько лет говорили о том, что Волосожар – лучшая партнерша среди всех, кто сейчас выступает. Вы согласны?

М. Т.: Для меня совершенно точно – самая лучшая.

Встав в пару с Татьяной, вы даже выглядеть стали счастливым человеком.

М. Т.: Два последних года я ходил на тренировки как на каторгу. Сейчас лечу туда как на крыльях. На меня никто не давит, не навязывает чуждых ценностей. В Санкт-Петербурге каждый тренер почему-то превращает свою группу в секту. Тренировки закрытые, и не дай бог на них заглянуть посторонним! У Нины Михайловны Мозер совсем другая обстановка. Мы рады всем, кто приходит к нам на занятия, с удовольствием выслушиваем советы специалистов.

Это относится даже к Тамаре Москвиной и Олегу Васильеву?

М. Т.: Не стану скрывать, что расставание с этими наставниками было, скажем так, не самым мирным, но сейчас я не вижу никаких препятствий для их присутствия на наших занятиях.

В недавнем интервью вы очень тепло высказались о своей предыдущей партнерше Марии Мухортовой. Когда же вы катались вместе, подобных слов Мария не слышала.

М. Т.: Я абсолютно объективно оценил новую пару Мария Мухортова – Жером Бланшар. Сказал о том, что они будут самым красивым и одним из самых стильных дуэтов в фигурном катании. Мне очень нравится Жером, да и Мария прекрасно смотрится на льду. У дуэта отличное скольжение.

Вы верите, что они смогут составить конкуренцию вам и другим сильнейшим российским парам?

М. Т.: Если честно, то Жерому поздновато возвращаться в большой спорт. Очень тяжело выдержать современные нагрузки в 28 лет после того, как несколько сезонов катался в шоу. Впрочем, это его выбор, который нужно уважать.

Ваш технический потенциал к моменту объединения в пару был одинаковым?

М. Т.: Арсенал освоенных элементов был практически одинаковым, но мы катались в разном ритме. Именно поэтому никак не могли освоить параллельный сальхов. Пока еще притираемся друг к другу. Таня может достаточно легко исполнить каскад из двух тройных тулупов, что для меня проблематично. Зато в моем арсенале есть тройной лутц, но он в парном катании практически бесполезен.

Как образно заметил Максим, после объявления о распаде пары Волосожар – Морозов к вам, Татьяна, потянулись руки партнеров со всего мира. Можно ли, не называя имен, обозначить хотя бы количество?

Т. В.: Всерьез мы рассматривали два-три варианта. Через месяц после завершения Олимпийских игр уже твердо определились, что я встану в пару с Максимом. Для меня это новый опыт и в спорте, и в плане человеческих взаимоотношений. Завершив совместные выступления со Станиславом, мы остались партнерами в жизни. Признаюсь честно: иногда было сложно разделять каток и дом. С Максимом таких проблем не существует, хотя мы практически не расстаемся все последние месяцы. Частенько спорим по каким-то творческим моментам, но до драк, как ожидали многие, дело не доходит.

М. Т.: То, что Татьяна называет ссорами, я даже спорами назвать не могу.

Осталось ли у вас ощущение, что Олимпийские игры – это особые соревнования, не похожие на чемпионаты мира и Европы?

Т. В.: В принципе, нет. Те же участники, те же судьи, те же программы.

М. Т.: У меня остались крайне негативные впечатления от выступления в Ванкувере, и я стараюсь забыть об Олимпиаде-2010 как можно быстрее. Мне те соревнования совсем не понравились.

На протяжении ближайших четырех лет вас будут называть главной олимпийской надеждой России в фигурном катании на Играх в Сочи. Вы готовы?

Т. В.: Надеюсь, мы быстро к этому привык­нем и перестанем обращать внимания.

М. Т.: Постараемся также соответствовать этому прогнозу. Хотя пока еще рано говорить о чем-то конкретном. Мы ведь даже на международных соревнованиях пока ни разу не выступали. По правилам ISU, представлявшая Украину Татьяна должна выдержать годичный карантин. Он завершился 15 февраля.

На чемпионатах мира и Европы Волосожар может выступать за Россию, даже имея украинский паспорт, но на Олимпиаду может поехать только с российским…

Т. В.: Я уже его оформила. Все удалось сделать быстро, без бюрократических проволочек. Нас со Станиславом включили в программу переселения соотечественников из республик бывшего Союза в Россию. Именно по этой причине я представляю не только Москву, где тренируюсь, но и Тверь, которая мне помогла с оформлением гражданства. У Станислава этот процесс немного затянулся, но уже в этом году он тоже станет россиянином. С Украиной нас уже ничего не связывает.

Как отреагировали на смену вашего гражданства на Украине?

Т. В.: Кто-то искренне сожалеет, но большинство болельщиков отнеслись к моему решению с пониманием. При нынешнем отношении к фигурному катанию в этой стране больших перспектив на Украине у меня не было. Максиму предлагали принять украинское гражданство, но скорее для того, чтобы отчитаться перед начальством. Мол, звали парня в Киев, а он предпочел остаться в Москве. Немного промурыжив, руководители Федерации фигурного катания Украины прислали в ФФКР открепительное письмо. Если бы этого не сделали, мой карантин затянулся бы на два года.

М. Т.: На Украине, на самом деле, у нас очень много болельщиков. Мы постоянно получаем по электронной почте письма со словами поддержки и признаниями в любви.

В Москве вы сняли квартиры рядом с катком и практически не соприкасаетесь с бурной столичной жизнью.

Т. В.: Зато нет необходимости спускаться в метро. Мне не привыкать жить рядом с местом работы. В Германии, где мы со Станиславом тренировались в группе Инго Штойера, было еще сложнее. Хемниц – не Москва, это очень маленький город, где и местные жители развлечениями не избалованы. Да еще и языковой барьер препятствовал общению.

М. Т.: Мне тоже после Чикаго, куда нас с Мухортовой вывозил Олег Васильев, уже ничего не страшно.

Выходные стараетесь провести вместе?

Т. В.: Чаще всего не расстаемся. Можем и с собачками вместе погулять, и в магазин сходить. У нас со Станиславом пока нет машины (это связано со сменой гражданства), и Максим частенько выступает в роли шофера.

Партнеры журнала: