Роман с «Локо»

Большой спорт №9(55)
Дмитрий Маслов
В нынешнем сезоне «Локомотив» – один из главных поставщиков сенсационных новостей в РФПЛ. О том, как восприняли пертурбации на тренерском мостике футболисты, трансферной политике «Локомотива», перспективах клуба в сезоне, а также о перипетиях личной карьеры в интервью журналу «Большой спорт» рассказывает защитник «железнодорожников» и сборной России Роман Шишкин.

В нынешнем сезоне «Локомотив» – один из главных поставщиков сенсационных новостей в РФПЛ. Сначала уверенно начавшие сезон «железнодорожники» расстались с главным тренером Юрием Красножаном, сопроводив его увольнение загадочной формулировкой «за упущения, допущенные при работе», а затем пригласили на пост главкома не задерживавшегося ни в одном клубе более двух лет португальца Жозе Коусейру. О том, как восприняли пертурбации на тренерском мостике футболисты, трансферной политике «Локомотива», перспективах клуба в сезоне, а также о перипетиях своей личной карьеры в интервью журналу «Большой спорт» рассказывает защитник «железнодорожников» и сборной России Роман Шишкин.

Вы как-то сказали, что Жозе Коусейру напоминает Микаэля Лаудрупа.

На первый взгляд стиль работы двух специалистов мне действительно показался похожим. Правда, сейчас, по прошествии времени, вижу значительные различия в подходах португальца и датчанина. На тренировках мы уделяем много внимания работе над тактикой, стали меньше пропускать, что для меня как для защитника особенно важно. Главная задача сейчас – наверстывать упущенное в начале сезона, место в середине турнирной таблицы не для «Локомотива».

Красножан и Коусейру предъявляют одинаковые требования к крайним защитникам?

Индивидуальных бесед с новым главным тренером у меня не было, только командные. Акцент делается на игру по ситуации: если чувствуешь, что есть свободная зона, подключаться к атакам не возбраняется. Просто все нужно делать с умом: учитывать силу соперника и собственные кондиции.

Юрий Красножан ушел из «Локомотива» при весьма загадочных обстоятельствах. Как восприняли его увольнение игроки?

В принципе, смена тренера – рабочая ситуация. Я узнал об этом, когда был в расположении сборной России. Тогда игры шли в режиме «через три дня на четвертый», так что времени на то, чтобы детально обсудить с партнерами уход наставника, не было. Да это и не нужно: решение принято руководством, задача футболиста – играть. У меня остались положительные воспоминания о сотрудничестве с Красножаном: за короткий срок он смог раскрыть талант некоторых игроков, причем не только молодых. Лично я считаю, что мне этот специалист помог.

В период дозаявок в «Локомотив» пришли несколько легионеров. Они усилили команду?

Пока сложно сказать, прошло слишком мало времени, чтобы делать какие-то выводы. Посмотрим, насколько быстро и успешно они адаптируются в команде и принесут ей пользу.

«Анжи» пополнился Юрием Жирковым, Балашем Джуджаком. Не чувствуете, что «Локомотив» отстает в плане усиления состава?

Кадровая политика – прерогатива руководства клуба. Но, уверен, сумма трансфера – далеко не главное. И приобретенный за небольшие деньги футболист может заиграть на очень хорошем уровне.

Вы понимаете Жиркова, променявшего английский чемпионат на российский?

Это его решение, и его нужно уважать. Как друг и коллега по сборной России, я поддерживаю Юрия. Он будет выступать на родине, получит больше игровой практики – что в этом плохого?

Сами приняли бы приглашение «Анжи»?

В последнее время этот вопрос задают слишком часто. На данный момент не задумываясь отвечаю: нет. Мне все нравится в «Локомотиве».

Лично для вас что является основной мотивацией в футболе?

Я рад, что играю на высоком уровне, у меня есть определенные амбиции, желание и готовность работать, есть, к чему стремиться, а это для меня основной стимул. Конечно, достойная оплата труда тоже важна, ведь у меня семья. Поэтому, как и в любой другой профессии, оптимально, когда выступаешь на высоком уровне и получаешь за это достойные деньги.

Некоторое время назад в прессе появлялась информация, будто вами интересуется Blackburn Rovers.

Слышал об интересе английского клуба, но с конкретным предложением о переходе никто ко мне не обращался. Хотя, не скрою, мечта поиграть за границей есть. Среди чемпионатов европейской «большой пятерки» мне больше нравится как раз английское первенство. Но на данный момент я игрок «Локомотива» и все силы отдаю этой команде.

Вы родом из Воронежа. Как оказались в «Спартаке»?

Я приехал на просмотр с отцом и тренером Сергеем Крестененко, который был знаком с Романцевым. До сих пор помню свою первую встречу с Олегом Ивановичем! Для меня, 14-летнего мальчишки из Воронежа, тогда это казалось чем-то невероятным. Неделю тренировался с ребятами 1987 года рождения, и меня взяли в спартаковскую школу… А через два года я попал в спартаковский дубль. При Невио Скале стали привлекать к тренировкам с основным составом.

Вы ведь в юности выступали на позиции опорного полузащитника?

В дубле «Спартака» играл именно на ней. В Воронеже же начинал на позиции либеро. Правда, сейчас по схеме со свободным защитником уже не играют. А на правый фланг обороны меня впервые поставил Невио Скала на одном из двусторонних матчей. С тех пор выступаю именно в этом амплуа.

В юности вы отличались меткими дальними ударами. Куда они пропали?

Навык до сих пор при мне, он никуда не делся. В «Локомотиве» есть штатный исполнитель стандартов Дмитрий Лоськов, но и я всегда готов пробить, тем более в этом сезоне уже забил один гол со штрафного.

«Спартак» для вас – особенный соперник?

Я спокойно отношусь к этой команде, несмотря на то что являюсь ее воспитанником. Сейчас для меня это просто принципиальный соперник. Мое настоящее и будущее на данный момент связано с «Локомотивом».

Как думаете, почему Дмитрий Торбинский и многие другие начинавшие в «Спартаке» игроки оказались им не востребованы?

Таких действительно немало, но каждый из них, уверен, благодарен «Спартаку» за школу, которая дала старт их карьере. В свое время клуб сделал ставку на легионеров, других российских игроков. Думаю, причина того, что многие воспитанники покинули клуб, прежде всего в игровой практике, которой им в «Спартаке» не хватало.

Доводилось слышать, что Валерий Карпин поставил на вас крест после отказа пойти в аренду в «Амкар».

Такой случай действительно был. На тот момент, когда пришло предложение об аренде, я уже понимал, что родной команде не нужен, и это была бы очередная ссылка Шишкина. Я чувствовал в себе готовность и желание играть на высоком уровне, приносить пользу, но такой возможности мне не давали. Вероятно, у Валерия Георгиевича были причины так поступить со мной, но мне они непонятны. При всем уважении к «Амкару» понимал, что, окажись я в Перми, выбраться в футбольную элиту было бы гораздо сложнее.

«Своим» тренером наверняка назовете Владимира Федотова?

Вы правы. Владимир Григорьевич сыграл большую роль в моем становлении как игрока, дал шанс по-настоящему проявить себя. За свою карьеру я успел поработать со многими наставниками, но не могу сказать, что стремился выступать под руководством какого-то конкретного специалиста. Разве что Красножана, мне нравилась его работа с нальчикским «Спартаком». Эта мечта сбылась, но, к сожалению, ненадолго.

Красножан сейчас возглавляет вторую сборную России. Как думаете, эта команда нужна?

Раз РФС решил ее создать, значит нужна. Вопрос в том, что многие игроки отказываются в нее ехать, говоря о низкой мотивации, отсутствии сильных соперников, о том, что такие матчи не имеют статуса официальных.

А если вас пригласят во вторую сборную, поедете?

Конечно. Но сейчас я регулярно вызываюсь в национальную команду, очень рассчитываю помочь ей в решающих матчах отборочного цикла к Евро-2012.

Как оцениваете шансы россиян отобраться в финальные турниры Евро-2012, чемпионата мира 2014 года?

Они весьма высокие, в ближайших матчах все будет зависеть от нас самих. С жеребьевкой мундиаля нам повезло. Даже учитывая тот факт, что из первой корзины нам досталась Португалия.

Вы говорили, что довольны тем, как Красножан объя­снял цель предсезонных сборов, отдельных тренировок. Дик Адвокат другой?

Голландец реже видит игроков, чем клубный тренер, собирает команду только непосредственно перед матчами, так что сравнивать некорректно. Но занятий по те­ории действительно мало, тактика отрабатывается непосредственно на тренировках.

Мечта поиграть за границей есть. Среди чемпионатов европейской «большой пятерки» мне больше нравится как раз английское первенство. Но на данный момент я игрок «Локомотива» и все силы отдаю этой команде

Вы дебютировали в сборной России в 2006 году, после чего наступил длительный спад в карьере. В чем видите его причины? Некоторые говорят: зазнался…

Я много думал об этом. Признание 2006 года не было случайностью или везением – это результат упорной работы и стимул для того, чтобы работать еще больше. Ни о какой звездности и речи быть не могло. В 2007-м я получил травму, потерял место в основе, частая смена тренеров только усугубила ситуацию. Но могу сказать, что к делу я всегда относился серьезно.

«Локомотив» часто называют клубом гламурных мальчиков…

Среди наших молодых игроков действительно немало модников, но я не вижу в этом ничего плохого. Главное, чтобы все это было не в ущерб футболу.

Ваш лучший друг в клубе – Денис Глушаков?

Да, еще Дмитрий Торбинский. У нас вообще дружная команда, разделения на группировки нет.

Есть такая поговорка: больше трех бразильцев в команде – уже банда. Не боитесь, что латиноамериканская колония в «Локомотиве» станет неуправляемой?

Пока общаемся с новичками только через переводчика. Думаю, что это они должны приспосабливаться к российским игрокам, а не мы к иностранцам. Легионеры стараются, у них идут занятия по русскому языку.

А тренировки проходят на каком?

Жозе Коусейру разговаривает в основном по-португальски, а Эдгарас Янкаускас переводит его указания на русский.

Недавно я с удивлением узнал, что Дмитрий Сычев учился в школе серфинга на Бали. У вас нет нетривиальных спортивных увлечений?

На серфе я точно не катаюсь. В детстве пробовал заниматься горными лыжами, сноубордом. Но это чревато получением травм. В контракте с «Локомотивом» есть пункт, запрещающий заниматься экстремальными видами спорта. Так что отдых у меня в основном пляжный или экскурсионный. Когда в чемпионате России был летний перерыв, ездили с семьей в Венецию.

Где вы познакомились с супругой?

С Мариной мы познакомились благодаря моему другу Владиславу Рыжкову, с которым вместе играли в «Спартаке». Мы встретились, сходили втроем в кино, затем случайно увиделись в ночном клубе, обменялись телефонами и стали общаться. В то время я еще играл в дубле «Спартака», был мало кому известен. Жена у меня выпускница МГИМО, отлично владеет немецким и английским языками.

Ваши родители живут в Воронеже?

Да, но в ближайшее время планирую перевезти маму в Москву. В последнее время в СМИ излишне много уделяли внимания нашим взаимоотношениям с отцом, однако я стараюсь не выносить личную жизнь на всеобщее обсуждение.

Вы как-то сказали, что журналисты задают вопросы, после которых хочется сразу встать и уйти. О чем надо спросить, чтобы вы это сделали?

Журналисты задают различные вопросы, в том числе провокационные, отвечая на которые с трудом стараешься сдержаться, никого не задеть и не обидеть. Не хочу, чтобы подобное происходило. Я человек спокойный. Хочу развиваться как личность и футболист.

Партнеры журнала: