Мария Верченова – о спонсорах, милдронате, Хьюстоне и планах по завоеванию олимпийской медали

Большой спорт №4 (101)
Текст: Дмитрий Маслов / Фото: Платон Шиликов
В программу Олимпийских игр в Рио-де-Жанейро после более чем столетнего перерыва включен гольф. Россию в этом виде представит Мария Верченова – единственная в стране спортсменка, выступающая на высоком профессиональном уровне. Пригласив красавицу на фотосессию в один из подмосковных гольф-клубов, мы расспросили ее о тренировках и карьере и об индустрии, которая в нашей стране только начинает развиваться.

Досье

- Родилась 27 марта 1986 года в Москве
- В качестве любителя выигрывала чемпионаты России 2004 и 2006 годов
- Серебряный призер Универсиады в Турине
- В 2007 году перешла в профессионалы, единственная россиянка в Ladies European Tour
- На момент подписания номера в печать занимает 310-е место в мировом рейтинге профессиональных гольфисток

Как вы занялись гольфом?
Мы с папой отдыхали в Чехии, там встретили знакомого, который играл в гольф. Он нас и привел в клуб. Я сходила на несколько занятий, тренер сказал, что перспективы есть, надо продолжать. В нашем виде важна координация, а я раньше занималась балетом. Возможно, именно поэтому у меня сразу многие вещи стали получаться. Была активным ребенком – бегала, прыгала. Пока родители отдыхали в Карловых Варах, я играла в гольф, так и втянулась. До 16‑летнего возраста меня тренировал отец, после чего начала заниматься с иностранными специалистами.

В каком возрасте вы решили стать профессиональной спортсменкой?
Я очень хотела заниматься балетом, но из-за высокого роста карьера там не сложилась. В 15–16 лет уже была одной из сильнейших гольфисток в команде Москвы, тогда же решила посвятить жизнь спорту. Летом тренировалась дома, зимой уезжала за границу. Сейчас живу преимущественно в США, где проводится много турниров.

Как складываются ваши отношения с Ассоциацией гольфа России?
Она меня поддерживает – как финансово, так и в профессиональном плане. Сейчас, накануне Олимпийских игр, это чувствуется особенно сильно. Оплачивает услуги тренера и кедди. В плане выбора турниров у меня полная свобода: участвую везде, где возможно. Гольф стал более атлетичным, и выступать на высоком уровне до 45 лет больше невозможно. Считаю, что моей карьере осталось лет пять, и хочу «на­играться» по максимуму. В минувшем сезоне у меня было десять турниров, в этом нацеливаюсь на 16–18.

Официальный сайт Ladies European Tour (LET) сообщает, что в 2015 году вы выиграли 40 900 евро. Этой суммы достаточно, чтобы оплачивать услуги тренера, перемещения по турнирам?
Мне помогают Ассоциация гольфа России и спонсоры. Спортсмены, особенно женщины, зарабатывают на рекламе больше, чем игрой. Симпатичным в этом плане проще – спонсоры предпочитают топ-гольфисткам из Азии, которые лидируют в рейтинге, красивых европеек с длинными ногами. Поэтому случается, что спортсменка, занимающая условное 30‑е место, получает доход больший, чем лидер рейтинга. В гольфе ситуация пока не такая, как в теннисе. У нас на женских соревнованиях призовые, как правило, гораздо меньше, чем на мужских. Лично я больше всего выиграла на British Open и U. S. Open.

Вас спонсируют российские компании?
На данный момент – исключительно европейские. Гольф в нашей стране – новый вид спорта, надеюсь, после Олимпийских игр в Рио-де-Жанейро его популярность вырастет. Пока чувствую изменение отношения только ко мне конкретно, но не к гольфу в целом, это по-прежнему элитный вид.

Что нужно сделать, чтобы изменить ситуацию?
В свое время Борис Ельцин начал играть в теннис, и он стал модным. Если президент России займется гольфом, наш вид также приобретет популярность. На данный момент я нахожу основной резерв в получении олимпийского статуса. Должны открываться детско-юношеские школы.

Некоторые считают, что гольф не разовьется в России из-за климата…
В Норвегии климат не лучше, а классных гольфистов очень много. В страну пригласили сильных тренеров, вложились в воспитание юниоров – с ними правильно работали, возили по турнирам. Схожая ситуация в Финляндии.

Сколько часов в неделю вы тренируетесь?
После недолгой побывки в Москве уеду в США, где буду тренироваться по следующему графику. Шесть дней в неделю по шесть часов (по три утром и после обеда) у меня занятия собственно гольфом, четыре раза в неделю по полтора часа – общефизическая подготовка. Наши тренировки не столь интенсивны, как в теннисе, поэтому они более продолжительны.

Почему в женском гольфе доминируют представительницы Азии?
Думаю, дело в правильной подготовке, методике. К тому же там просто большее количество людей играют в гольф. Можно найти причины и в антропометрических данных. Этот вид спорта больше подходит невысоким людям с небольшими «рычагами».

Турниры по гольфу проводятся буквально по всему миру. Какие страны вам больше всего запомнились?
Китай. Не могу привыкнуть к местным еде, звукам, которые люди издают, когда употребляют пищу. В этой стране я всегда заказываю себе завтрак, обед и ужин в номер. Когда выступала на любительском уровне, приехала в Пуэрто-Рико, где порази­лась контрасту между шикарным отелем и окружающей действительностью, люди жили буквально в коробках. Видела подобное и в Южной Африке.

Многие спортсмены говорят, что, с одной стороны, везде побывали, с другой – ничего не видели, кроме стадионов и отелей…
Последние пять лет я стараюсь задержаться на пару дней после окончания турниров для осмотра достопримечательностей. Мне нравится пробовать национальную кухню, знакомиться с местным колоритом. Европа мне нравится больше, чем США. В Хьюстоне до сих пор удивляет, что люди всюду ездят на машине, даже в ближайшую аптеку. Я же люблю ходить пешком. В то же время лучшего места для тренировок не найти – я снимаю дом, расположенный фактически на поле для гольфа. Да и цены там привлекательнее, нежели в Старом Свете. К тому же существуют большие скидки для профессиональных гольфистов, поля предоставляют бесплатно. В Европе платить приходится буквально за все.

Значит, переезд талантливой 18‑летней Софьи Анохиной в США закономерен?
Конечно. Российская школа гольфа пока слаба, приходится вывозить перспективных детей и юниоров за границу. Насколько я знаю, Софья учится в Америке в университете, за который и выступает.

Вы уже отобрались на Олимпийские игры?
Окончательные списки участников станут известны 11 июня, но в целом уже понятно, что сыграю. Помешать может только форс-мажор.

Где будете готовиться?
Приезжать в Бразилию за две недели до старта не стану, чтобы не перегореть. Планирую тренироваться в Хьюстоне, откуда и перелечу в Рио-де-Жанейро. Считаю, что двух-трех дней достаточно, чтобы почувствовать поле. Основная сложность – акклиматизация, привыкание к часовому поясу. В Хьюстоне эти условия схожи с бразильскими.

Какие задачи ставите перед собой?
Завоевать медаль. Не могу понять спортсменов, утверждающих, что главное – участие. Я заняла 28‑е место на British Open – турнире, где участвуют все сильнейшие гольфистки. Для того чтобы попасть в первую тройку, не хватило нескольких очков. Так что все реально, психологический настрой на таких турнирах важнее правильной техники.

В начале нашего интервью вы сказали, что завершите карьеру лет через пять. Уже решили, чем займетесь?
В ветеранском туре играть не хочу. Сейчас я учусь в Англии – специальность «менеджмент в гольфе». Возможно, в дальнейшем продолжу образование в Швейцарии или стану работать в гольф-клубе. Как вариант – открою собственную школу. Или стану тренером, хотя на данный момент считаю, что это не мое. Уверена, работу найду, поэтому сейчас сосредоточена на карьере игрока.

Российская и, скажем, швейцарская гольф-индустрия функционирует по одним законам?
В большинстве отечественных клубов менеджерские позиции занимают европейцы, так что законы в основном одни и те же. В то же время здесь есть своя специфика, поэтому считаю, что лучшими управленцами могут стать россияне, получившие образование в Европе. Подобная тенденция наблюдается и в других странах. В Германии поначалу в гольф-клубы активно приглашали англичан, а сейчас на руководящих постах почти одни немцы.

Коротко о важном

Дочь
В этом году Марии исполнится четыре года. Она очень активна, обладает задиристым характером. Если захочет стать спортсменкой, возражать не буду. Считаю, что детям надо давать свободу выбора, чтобы они сами решали, кем стать.

Здоровье
Профессиональные занятия спортом, в том числе гольфом, не полезны. У нас однотипные движения, это вредно для позвоночника, коленей, суставов. Точки риска у гольфистов – спина, колени, локти. Надеюсь, в 45 лет меня не «скрутит». Когда в удовольствие тренируешься два раза в неделю – это одно, а если профессионально и каждый день – совсем другое.

Мельдоний
Мы с Марией Шараповой пять-шесть лет назад наблюдались у одного и того же доктора, это российский специалист. Он рекомендовал милдронат как препарат, восстанавливающий сердечную мышцу. Я принимала мельдоний до того, как его внесли в список запрещенных препаратов. О том, что это произойдет, меня оповестили едва ли не за год, и я прекратила употребление. Сложно сказать, почему такая неприятная история произошла с Шараповой, но хочу отметить, что она уже два года не сотрудничает с нашим общим врачом.

Мечта в спорте
Выиграть турнир «Большого шлема», желательно U.S. Open, завоевать медаль Олимпийских игр. Для россиян последнее достижение, конечно, перевесит остальные. По себе знаю: о том, что я успешно выступила в British Open, у нас почти никто не знает, а о том, что сыграю в Рио-де-Жанейро, известно многим.

Сестра
Анна считалась перспективной гольфисткой, но получила травму кисти и решила завершить карьеру. Сейчас работает тренером, занимается в том числе с детьми, проводит сборы.

Партнеры журнала: