«Вы там что, совсем офигели?» Почему мы безразличны к футболу сборной России

Большой спорт №7-8 (114)
Текст: Владимир Морозов
В 2015 году очередное исследование, проведенное ВЦИОМом, констатировало – уровень безразличия россиян к футболу достиг исторического максимума. 73% опрошенных озвучили, что вообще не интересуются футболом, ни клубным, ни на уровне сборных. Корреспондент «Большого спорта» съездил в Санкт-Петербург на матч-открытие Кубка конфедераций между Россией и Новой Зеландией, после чего вынужден подтвердить вышесказанное.

Уже и не вспомню, когда мне стал безразличен футбол сборной России. Нет, я смотрю ее матчи – просто чтобы быть в курсе, но не испытываю классных чувств и эмоций, за которые когда-то полюбил эту игру и все то, что ее окружает. Командировка в Петербург на очередной матч нашей команды – против Новой Зеландии на стадионе «Крестовский» – отличалась от прошлых выездов позитивным настроем. Все-таки до Кубка мира осталось менее года: мы так долго его ждали, до безобразия много потратили и теперь не имеем права обгадиться.

Увы, после двухдневного пребывания в Питере мое отношение не изменилось. Сразу переходим к причинам.

Безопасность, доведенная до абсурда
Такого со мной еще не случалось. За день до игры при входе в метро сотрудники правопорядка остановили для досмотра три раза. Славянская внешность, солидный рюкзак, висящая через шею аккредитация – все это не имеет значения. Проскочить незаметно почти нереально – люди в погонах стоят через два металлоискателя.
– Особое положение, сам понимаешь, – объясняет надсмотрщик, сопровождая к системе рентген-контроля.
– Находили что-нибудь в сумках? – интересуюсь.
– Ножи, оружие, но, слава богу, не огнестрельное.
– Травматы?
– Да, но у всех с разрешением.

Порадовало, что пропустили бесплатно, – аккредитованным журналистам выдали карточки на проезд в общественном транспорте. Кстати, на электрички до Петергофа (а также в других направлениях) услуга тоже распространяется. Талон действителен полтора месяца вне зависимости от дат матчей в городе, у владельцев билетов с фан-паспортами иначе – только в дни игр. В целом проблем с логистикой не было: от аэропорта «Пулково» пустили дополнительный автобус, шаттлы от станций «Чкаловская», «Спортивная» и «Петроградская» ходили с интервалом три-пять минут, высаживая болельщиков в 2 км от стадиона. Даже на Евро во Франции так не перестраховывались.

Проход на стадион – как на засекреченный военный объект. Догола, как в Казани, не раздевают, но прощупают все – и прелести, и личные вещи. С рюкзаками и сумками не пропускают. Вариантов не много: плюнув, уйти или занять очередь к единственной камере хранения, чтобы отстоять ее еще раз после игры. Замечательный вечер. Хотя люди собрались понимающие: готовы переждать минуту-другую – пожалуйста, тщательно проверяйте да пропускайте с вещами. Но нет. Селфи-палки, фотоаппараты – нельзя. Телефон, диктофон, электронная книга? Включи дисплей, докажи, что не взрывчатка. Монеты в кармане, значки, фантик? Достань и продемонстрируй – только тогда успокоятся. Меня как журналиста пропустили с едой (несколько фруктов) и водой, болельщиков – нет. Хорошо, люди и это переживут, купят у сектора втридорога. Однако ассортимент удивил: внутри «Крестовского» продают пиво, но нет кофе и чая. «Горячо и небезопасно», – объяснила одна из продавщиц коллеге со Sports.ru.

Кое-кто на стадион собирался, но не попал. В день игры десятки болельщиков (возможно, и сотни) получили на электронную почту «письма счастья», где одной строчкой без объяснения причин их уведомляют об отказе в предоставлении именного фан-паспорта. Я узнал об этом через Facebook, где мой товарищ выложил пост со скриншотом и текстом: «Вы что там, совсем ******? То есть шесть месяцев было все хорошо, а сегодня я стал нежелательным гостем?» – и далее расклад москвича по расходам: дорога, еда, проживание, время. Скорее всего, он, как и все остальные (в их числе фанат «Спартака» Василий Степанов (Киллер), глава ВОБ Александр Шпрыгин и фанат «Торпедо» и солист известной группы ClockworkTimes Вячеслав Ширинкин), получившие аналогичные письма, не будет допущен к матчам и через год на Кубке мира. Причины? Самая популярная – рука ФСБ. После Евро‑2016, где пошумели русские хулиганы, многих из тех, кто поехал во Францию, а также по разным причинам засветившихся в прошлые годы, взяли на карандаш и всячески контролируют, на корню пресекая все попытки сходить на футбол и уж тем более устроить российскую версию «битвы в Старом порту».

В стране не научились продвигать футбол
Крупнейший турнир года, новый стадион (черт с ней, со стоимостью – более 43 млрд руб­лей), и такой стыд: на матч-открытие Кубка конфедераций пришел 50 251 зритель. Это 74% заполняемости – худший процент за 15 лет. Слушать Мутко, который сказал, что «доволен такой посещаемостью», смешно.

Никогда не понимал, почему наши организаторы игнорируют проблему пустых кресел в первых рядах. Они же портят телекартинку: ощущение, будто проходит товарищеский матч. Это плохо, ибо нас, кто забыл, смотрит весь мир. Пустуют места, на которые заломлены необоснованно высокие цены. Их не снижают, а когда ситуация становится близкой к провалу, раздают бесплатно бюджетникам. Но проблему такой подход все равно не решает.

Кубок конфедераций, с одной стороны, напоминает свадьбу. Бессмысленное и очень затратное мероприятие, где молодожены (принимающая сторона), которым организация этого торжества вообще ни к чему (они не видят в этом сакрального смысла), таки занимаются ею из-за простого желания угодить родителям (главный тоже прилетел на матч-открытие) и показать себя перед друзьями (FIFA и мир), получить бумажку в конверте и выслушать множество наиприятнейших слов.

«Этот турнир поднимет интерес к футболу в стране» – нечто подобное мы слышим из уст того же Мутко и прочих чиновников. По факту Кубок конфедераций с поставленной задачей не справился. Чтобы изменить отношение людей к футболу и сборной, сначала нужно их туда затащить, а потом «обработать» – а с этим у нас проблемы. Большие проблемы. Болельщики, ездившие на ЧМ в ЮАР, помнят, как в дни игр местной сборной все крупные города страны были «на цветах». В Питере ничего подобного нет. Да, волонтеры активничают в местах высокой проходимости, висят плакаты, мелькает реклама, а идущие к стадиону болельщики достали из гардероба майки кумиров не сегодняшнего, а вчерашнего дня – Аршавина, Харламова, Тихонова. Но не более, ажиотажем это трудно назвать.

Про церемонию открытия, как оказалось, вообще мало кто знал. Ее начали за два часа при полупустых трибунах, а люди, в тот момент стоявшие в длиннющей очереди на вход, вели себя очень спокойно и особо не торопились. Президент Путин тоже прилетел на вертолете за считаные минуты до стартового свистка. Может, оно и к лучшему – шоу прошло не без накладок. Самый эпичный момент (кроме позорных пустот на секторах) – выступление артистов с танцорами на надувной сцене. Рассказывают, что на репетициях ее готовили приглашенные англичане. Но в день футбола эту часть делегировали русским, которые надули танцпол с твердым покрытием не до конца – в итоге он был похож на желе, по которому нельзя было и шагу ступить. Но что делать – ребята пошли, а вместе с ними певица Алсу, которая тут же и завалилась. Прерывать фонограмму, конечно, не стали: бедняжку скоро поставили на ноги и перенесли на нечто устойчивое, где она продолжила «петь».

История с надувной сценой напомнила старую театральную байку. В небольшом провинциальном городке столичный театр показывал «Грозу» Александра Островского. Апофеоз спектакля все помнят: Катерина бросается в Волгу с обрыва. В Москве для смягчения последствий падения имелись спортивные маты. На гастроли их не возили, предпочитая искать инвентарь на месте. Но в этот раз не нашли, пришлось использовать предложенный кем-то батут. Финал: Катерина падает в реку и, к удивлению всех собравшихся зрителей, вылетает обратно. И так несколько раз. Наконец, один из актеров проявляет находчивость и, едва сдерживая смех, произносит: «Да-а-а, не принимает Катерину матушка-Волга…»

В день матча оправдываться никому не пришлось. Ляпы заметили всего несколько тысяч болельщиков, а в прямой эфир (браво, Первый канал) они не попали – телевизионщики вовремя заштопали их крупными планами артистов в костюмах, которых сняли за день до этого во время генеральной репетиции. И то хорошо.

В России не умеют болеть за сборную
Уныло, однообразно, не массово – это про нас, болельщиков на трибунах. На всякий случай, чтобы понимал каждый: о хулиганах речь вообще не идет – в околофутбольной таблице наши бойцы занимают первую строчку. Я говорю о перформансе, визуальной и голосовой поддержке внутри стадиона. На фоне креативных соперников она жутко расстраивает. Допустим, бразильцы. Кто это – всем и так ясно. Но даже не будь в ранге пентакампеонов, в 2013 году на Кубке конфедераций они все равно бы всех очаровали еще до начала игры – только благодаря исполнению своего гимна. До сих пор вспоминаю: под а капелла «селесао» на моем теле появились мурашки. И это по телеку, а что происходит вживую! Люди заполнили стадион, каждый пришел в желтой майке и с гордостью пел гимн страны. Не понимаю, чем хуже наш замечательный гимн, наши «цвета» и сами мы, люди. А вот сравнивать нас с англичанами некорректно – на уровне сборных это другая планета. Британцы начинают петь в одном секторе, а через три секунды их подхватывает трибуна напротив. В этом компоненте с ними мало кто может сравниться.

У нас вообще скромный набор: «Вперед, Россия», «Нужен гол», «Русские, вперед», иногда пускают волну. Спасибо, хоть про дудки забыли. Но этого мало. Интересных фишек, как, например, у североирландцев (песня Will Grigg’s on Fire, которую придумал болельщик Wigan Шон Кеннеди, набрала неслыханную популярность), тоже нет. ВОБ (Всероссийское объеди­нение болельщиков) кануло в Лету, хотя с ним было ярче, живее и креативнее. Сейчас работу с болельщиками никто не ведет. Даже после выигранного у новозеландцев матча не было ощущения праздника. Люди спокойно шли до метро, как из театра, чем вызвали удивление у гостей из Чили и Мексики. Лица гостей выглядели куда более радостными, хотя их сборные не играли в тот день.

Сборная, СМИ и болельщики – не единое целое
До матча с новозеландцами довелось пообщаться с коллегой из украинского журнала «Футбол». Простая беседа за ужином, во время которой я задал вопрос об Андрее Шевченко: «Как он, в прошлом крутой футболист, рулит сборной, хотя до нее никого не тренировал?» Последовал пространный ответ, пересказывать который я, конечно, не буду, ибо основной его смысл – так себе. Запомнилось следующее: «Шевченко всех покорил – и прессу, и болельщиков. Думаю, сказался период его европейской карьеры. При нем регулярно проводятся открытые тренировки, он и команда идут на контакт. Если мне нужно сделать интервью с футболистом, я беру телефон и звоню на личный номер. Отказывается – набираю Шевченко, в полдвенадцатого вечера игрок мне сам перезванивает. Такое отношение подкупает, поэтому многие его сегодня поддерживают».

Переносимся в Санкт-Петербург. За день до матча сборная проводит пресс-конференцию, куда приходит Владимир Габулов, приглашенный на позицию третьего вратаря из-за травмы Андрея Лунева. Всем ясно: на поле он не появится. Продолжая тему о продвижении: кому это нужно? Федора Смолова признали лучшим игроком матча. Он пришел к журналистам, ответил на вопрос и, решив не дожидаться второго и третьего, убежал в раздевалку. Основной форвард Артем Дзюба (11 голов в 22 матчах) вовсе пропустил Кубок. Почему? По сей день загадка. Через пару дней после отъезда он, довольный и с виду абсолютно здоровый («Зенит» подтвердил, что травмы у игрока нет), проводит тренировку под руководством Роберто Манчини. Станислав Черчесов молчит. Впрочем, и мне сказать по этому поводу решительно нечего.

Партнеры журнала: