Спортивная таежная романтика. Сложности и прелести трейлраннинга в России

Большой спорт № 6-8 (132)
Анна Черноголовина
Юрий Штанков, организатор Skyrunfest в Саянах и бегун inov-8 Team Russia, рассказывает о том, как штурмовать леса и горы, что делать, если медведь ест ваш суп, и как действовать, если вы заблудились.


Вы проводите Skyrunfest c 2014 года – фактически это один из первых многодневных горных ультрамарафонов в России. Как возникла идея сделать такое событие? 
Я учился в университете в Колорадо, занимался там сначала пешим туризмом, потом бегом в горах, участвовал в стартах. И когда я вернулся в Россию в 2014 году, мне стало не хватать соревнований. Тогда в стране начал развиваться скайраннинг (бег в горах на высотах не менее 2000 м. – Прим. БС), одна из дисциплин альпинизма, которая по духу похожа на трейлраннинг (бег по пересеченной местности. – Прим. БС). В общем, начал забегать на вершины – на Борус, например, рядом с Саяно-Шушенской ГЭС, потом съездил на Эльбрус, на Алтай. И у меня, поскольку я живу в Красноярске, возникла идея сделать забег в парке «Ергаки». Места-то живописные. Сегодня мы проводим там и горный марафон – 42 км: маршрут проходит по основным достопримечательностям – бегуны за
хватывают и Висячий камень, и пик Птица, и перевал Художников, водопад Мраморный – и открытый чемпионат Красноярского края, вместе c Федерацией альпинизма. Трасса Skyrunfest попадает под нормативы и скайраннинга, и трейлраннинга.

Что, на ваш взгляд, препятствует развитию трейлраннинга в России?
Прежде всего, инфраструктура и логистика. До многих красивых мест, подходящих для стартов по трейлраннингу и скайраннингу, довольно непросто или далеко добираться. А когда приезжаешь, часто оказывается, что в природном парке нет надлежащей маркировки троп. В этом плане нам очень повезло с парком «Ергаки», где есть и базы отдыха, и ухоженные маркированные тропы, и федеральная трасса прямо возле базового лагеря. Организаторы стартов, естественно, могут что-то улучшить: разметить дистанцию, установить палаточный лагерь, организовать трансфер до места старта. Чтобы решить более серьезные проблемы – с логистикой и инфраструктурой, – требуется заинтересованность местных властей. Кроме того, раньше, когда мы только начинали делать Skyrunfest, люди спрашивали: зачем и для чего мы бежим. Мы делали маркировку для беговых маршрутов, и многие воспринимали ее как мусор. Например, несколько раз я видел, как добросовестные туристы спускались с рюкзаками, полными нашей маркировки, просил отдать и шел развешивать снова. Сейчас людей, которые осведомлены, становится больше. В США отношение к спорту в целом другое. Я жил в Дюранго: это Мекка велоспорта, где законодательно закреплено, что даже вне велодорог автомобилист должен объезжать велосипедиста на расстоянии как минимум 1,5 метра. Ближе – означает штраф.

Помните впечатления от своего первого старта в России?
Это был Borus Skyrace (Борус – горный хребет из четырех вершин рядом с Саяногорском, максимальная высота хребта – 2318 м. – Прим. БС). Он начинается в дикой тайге, потом маршрут выходит на камни, на курумник (россыпь камней на склонах гор. – Прим. БС). Тропы на хребте нет, двигаешься по гребню, по камням, проваливаешься в снег – очень непросто. В первый раз я бежал и думал: как здесь вообще можно соревноваться?

Каких животных можно встретить в парке «Ергаки»?
Я встречал только белок и медведей. Знаю, что в глубине Саян есть снежный барс, который занесен в Красную книгу, но в самом природном парке его нет.
С медведем была такая история: я как-то вышел маркировать трассу и встретил медведя. Мы оба задумались: а на каких правах тут кто находится? Он думал, что он хозяин, а я думал, что хозяин я. Вроде бы тропа туристическая, и я могу тут находиться. С другой стороны, медведь в природном парке, в своей среде – ему тоже положено. А мне нужно было оказаться там, где он стоял, продолжить маркировку. И вот мы долго стояли друг напротив друга – я был в небольшом шоке, думал: что делать? В итоге медведь просто убежал.
Однажды волонтеры приготовили наваристый суп – чтобы бегунов покормить. А ночью услышали, как гремит кастрюлька с супом на улице – это пришел медведь. И никто, конечно, не был против. Волонтеры подождали, пока он поест и уйдет. Есть такое важное правило безопасности, и его нужно соблюдать, если ночуешь на природе – не брать с собой в палатку еду, которую может съесть другой.

Насекомые – это бич в тайге?
В природном парке «Ергаки» уникальная природная зона – комаров, мошек практически нет. И что самое важное, здесь совершенно нет клещей, в отличие от менее высокогорных мест тайги.

Горы – это означает туман, облака, перепады температур. Вы, как организатор, как к таким ситуациям готовитесь?
Да, один год у нас сел туман – вообще ничего не было видно. Это случилось, когда участники были на середине пути, и по расстоянию получилось примерно одинаково – что вперед идти, что возвращаться. И вот, поскольку маркировки не было видно, наши волонтеры достали свистки, и участники ориентировались по звуку. 
Один раз на месте старта было +20° – ребята выбежали в футболках, шортах – а спустя три-четыре часа погода изменилась, и на перевале их встретил град. К нам прибежали «ледышки», для которых мы готовили баню.
Были, кстати, случаи, когда участники перегревались – долгие перегоны под солнцем, работа на износ. Но это происходит с ребятами, которые на самом деле соревнуются и меньше заботятся о своем здоровье, чем те, кто не спешит и идет пешком. Ну и разумеется, на дистанции и на финише всегда есть медики.

Еще один ваш проект – Western Sayans 100. В названии есть сходство с культовой американской ультрой – Western States 100 (100-мильный забег с тяжелой трассой: к финишу участники суммарно набирают высоту в 5500 м и спускаются на 7000 м по горным тропам – гонка входит в серию Grand Slam of Ultrarunning. – Прим. БС). 
Да, так и есть, была идея сделать нечто подобное в Сибири. Гонка начинается в долине Енисея в Хакасии, и сначала идет пологий быстрый участок. Сам старт в городе Саяногорске, первые 10–15 км – по бывшей одноколейной железной дороге, которая когда-то возила работников на Саяно-Шушенскую ГЭС. Потом перебегаем через Енисей, попадаем уже на территорию Красноярского края. Там проезжая грунтовая дорога, где ездят на квадроциклах, – она уходит в тайгу. Затем начинается дикая природа, участники забегают за хребет Борус и поднимаются на него с обратной стороны, где люди обычно не ходят.

Вне туристической тропы?
Да, по курумнику, на самую высшую точку – 2318 м. Затем спускаемся по экотропе природного парка – к визит-центру, где заканчиваются первые 60 км, и потом участники продолжат следующие 50 км: снова к Енисею и через мост в Хакасию.

Каков лимит времени на гонку?
26 часов. Мы провели ее в 2018 году и планируем сделать в 2020-м. Если вы серьезно настроены на участие, напишите нам на почту – мы с удовольствием пообщаемся. Но иногда в процессе общения люди меняют решение – считают, что стоит отложить участие, чтобы получше подготовиться.

На ваших личных тренировках какие внештатные ситуации бывали?
Однажды в Колорадо я решил пробежать 42 км. Просто по тропе, которую видел только в своем ноутбуке. Ткнул пальцем в гору, которую видел с балкона, посмотрел на google-карты, есть ли на них тропа, нашел ее и просто побежал. Рассчитывал, что пробегу 42 км до горного перевала, где рядом была парковка, и автостопом доеду обратно.
Никого о тренировке не предупредил: зачем – пробежаться-то «ни о чем» – взял рюкзак, пару бутербродов, литр воды и ветровочку. На пути туда, когда еще было светло, я первый раз в своей жизни встретил медведя. Но самое главное, что на вершине сошла лавина. Я не рассчитывал на такое количество снега, а получилось, что шел по колено в снегу и не смог из-за лавины попасть на парковку – путь оказался перегорожен. Вышел я рано, в девять утра, а когда дошел до финальной точки, на часах было уже четыре дня. Бежать обратно сил уже не оставалось. Еда, вода закончились. Ни сотовой связи, ни карт, ни налобного фонарика. Опустилась ночь, даже луны не было. Очень сильно хотелось спать. Сначала думал прилечь и утром дальше пойти, но, конечно, это было бы фатально – можно замерзнуть. 
В итоге решил уйти с тропы и «срезать» по памяти, потому что понимал, что в темноте, в сугробах, без света могу просто упасть, подскользнуться. Плюс меня напугали следы горного льва на снегу – это большая кошка, хищник, который обитает в тех краях. 
Так я блуждал до 12 часов, пока не вышел на дорогу – сервисную широкую дорогу, где были километровые отметки. Пошел в сторону убывания, поскольку понял, что когда они дойдут до нуля, я окажусь в населенном пункте.
Когда я подходил к цивилизации, увидел огни города, позвонил другу. Тот даже набирал номер местного МЧС, чтобы поднять вертолет на мои поиски. Ему задали вопрос: в каком радиусе от города может находиться этот человек? Друг говорит: зная скорость его передвижения, в радиусе около 90 км. 
В итоге еще через три часа я вышел к нулевому километру – петлял еще 15 км по серпантину, и потом меня подобрала машина. Кстати, мой друг угадал: я пробежал 90 км – вышел в 9 утра, а в 4 утра сел в автомобиль. Так случился первый в моей жизни ультрамарафон.

Сколько времени вы после этого не бегали?
Думал, что долго не буду. Но уже через три дня захотелось подвигаться – попросил у друга велосипед съездить в соседний город, просто потому, что бежать не мог. И это обернулось следующим приключением: я впервые в жизни проехал на велосипеде 250 км и понял, что обратно вернуться не могу – просто сил не осталось. В итоге другу пришлось ехать за мной и за велосипедом на машине. Проблема новичков с тренировками такого формата в том, что можно не рассчитать силы на обратную дорогу. Сейчас со мной подобного не происходит – опыт есть, но иногда хочется докуда-то добежать, что-то увидеть интересное. И тропа заводит так далеко, что сложно возвращаться.

Как любителю, особенно тому, кто живет на равнине, подготовиться к забегам в гору и в тайге?
Нужна работа в тренажерном зале – для укрепления голеностопа и мышц ног. Еще один хороший вариант – зашагивание на лестничные пролеты. Чтобы адаптироваться к трассе с курумником, можно найти искусственные аналоги: например взять несколько кирпичей, разложить их на определенном расстоянии и прыгать с одного на другой. 
Но вообще похожий рельеф можно найти везде. Даже в Санкт-Петербурге, где плоско, можно выехать в прибрежные зоны: там есть валуны – почти курумник, но только омываемый водой. В общем, как всегда, главное – желание.

Партнеры журнала: