Сергей Сироткин: «Жаль, что приходится следить за «Формулой-1» со стороны»

Большой спорт №4 (130)
Текст: Андрей Супранович
Став третьим в истории российским пилотом «Формулы-1», Сергей Сироткин продержался в главной автогоночной серии мира всего лишь сезон, после чего на время отошел от дел, вернувшись к работе тест-пилотом Renault и пересев за руль российского болида BR1 в чемпионате мира по гонкам на выносливость (WEC).

Вы узнали, что ваша карьера в «Формуле-1» прервется, незадолго до окончания сезона. Как это повлияло на ваше выступление?
Официально об этом стало известно только перед последней гонкой в Абу-Даби, так что на мне это не успело никак отразиться. Другое дело, что мы сами еще раньше склонялись к выводу, что не будем продолжать сотрудничество c Williams, так что я был готов ко всему.

Вы постоянно обсуждали с Борисом Ротенбергом свое будущее? Каким вариантам отдавали предпочтение?
Да, мы в постоянном контакте с Борисом Романовичем. Было само собой разумеющимся, что я буду выступать в WEC за SMP Racing. Но мы обсуждали, какие еще серии могут быть интересны и для меня, как пилота, и для гоночной программы SMP Racing в целом. К сожалению, многие варианты быстро отсеялись. Сезон IndyCar уже начался, и было уже поздно, да и «Формула Е» уже близилась  к старту, так что, по сути, хороших предложений, которые бы нас устроили, не было.

Вариант с «Формулой Е» вообще появился довольно неожиданно для вас?
«Формула Е» – это новый, интересный чемпионат, который стремительно развивается. Электромобили – современная тенденция, и SMP Racing хотели бы участвовать в их гонках. Сам я до этого не был большим фанатом «Формулы-E», пока команда Mahindra не предложила мне принять участие в тестах в Марокко. Они очень сильно изменили мое мнение как о машине, так и о чемпионате в целом. Но сезон уже начался, так что пока мое участие в электросерии откладывается.

В серии DTM, напротив, у вас были конкретные предложения, но вы решили не ехать в ней. Почему?
Это очень специфический чемпионат, с машинами, которые мне не очень нравятся. Да, я понимаю, что они технологически отлично подготовлены, но с точки зрения пилотажа DTM мне куда менее по душе, чем та же «Формула Е» или многие другие серии. Да я и не думаю, что участие в DTM целесообразно для нашей программы.

В итоге, помимо статуса гонщика в WEC, вы получили и статус тест-пилота в Renault? Где вы уже были на подобной роли два года назад. Это предложение стало неожиданным?
Нет, оно появилось достаточно быстро, но согласование всех нюансов заняло немало времени, поэтому с официальным объявлением пришлось подождать. В любом случае, я рад, что вернулся в «Формулу-1» хотя бы в таком качестве. Это интересный опыт. Опять же, теперь буду работать несколько иначе, ведь знаю процесс изнутри после того, как побывал боевым пилотом. Лучше смогу понять, что делают Риккардо и Хюлькенберг, которые, по моему мнению, одни из лучших гонщиков в «Формуле-1».

Ваши задачи будут теми же, что и два года назад?
Разница в том, что раньше, когда я выполнял задачи, которые передо мной ставили в Renault, я не только работал на благо команды, но и пытался извлечь как можно больше пользы для самого себя, обращая более внимание на те вещи, что пригодятся мне при возможном дебюте в «Формуле-1». Сейчас это уже не нужно, так что я буду скорее наблюдать за действиями других, анализировать их поведение и поступки с точки зрения того, как бы повел себя я.

Ваше участие в WEC как-то мешает работе тест-пилота Renault?
Пока я вижу только одно пересечение, и этот уикэнд будет уже в следующем суперсезоне, так что пока рано об этом думать.

Как проходило ваше знакомство с прототипом BR1, на котором вы выступаете в классе LMP1?
Машина, конечно, очень специфическая, даже если к ней привыкнуть. Пожалуй, этот болид – один из самых трудных в управлении, которые мне приходилось пилотировать. Поэтому знакомство заняло какое-то время, и я не могу сказать, что оно завершилось. До сих пор приходится вкатываться, узнавать новые нюансы. Впрочем, могу сказать, что вряд ли хоть один пилот может утверждать, будто чувствует себя за рулем этой машины комфортно и расслабленно, поскольку она очень сложная и требует максимальной концентрации. У нас еще будут тесты, постараемся использовать их по максимуму.

Ваш дебют пришелся на очень сложный трек в Себринге. Это усложняло вам задачу?
Да, конечно. Это, наверное, самая сложная трасса чемпионата. К тому же слабые стороны BR1 становятся заметнее именно здесь. Страшный микс для пилота. Причем сложно не только мне. Ребята, которые уже полтора года проездили на этой машине, тоже испытывали трудности в Себринге. Кочки – главный бич трассы, под них просто невозможно подобрать адекватные настройки. То, что часть трассы бетонная, а часть – асфальтовая, также играет роль, пусть и не такую важную.

В итоге вы опробовали Себринг только в практиках – на квалификацию вас не выпустили, а в гонке не успели сесть за руль. Расстроены, что уикэнд вылетел в трубу?
Жаль, что нам не удалось закончить гонку, но так случается. Лично для меня самым разочаровывающим фактом было то, что я недополучил столь ценный опыт перед Спа и Ле-Маном.

Вы заметили какую-то конкуренцию между двумя экипажами SMP Racing? Ведь вы боролись за подиум не только с Rebellion, но и друг с другом.
На данном этапе мы больше сотрудничаем, нежели пытаемся любой ценой опередить друг друга. Вообще, как я успел понять, в WEC очень много второстепенных параметров, влияющих на время круга, поэтому некая разница во времени не обязательно показывает, что кто-то быстрее, а кто-то медленнее. Это не «Формула-1», где борются за сотые секунды, за миллиметры.

Когда стало известно о вашем приходе в WEC, всем казалось, что вы займете место в команде с Виталием Петровым и Михаилом Алешиным, но в итоге вашими напарниками стали Егор Оруджев и Стефан Сарразан. Почему?
Все просто. Из-за занятости в Японии Дженсон Баттон пропускает две гонки. Если бы я занял его место, в Ле-Мане пришлось бы опять менять состав экипажей. Мне же нет никакой разницы, с кем дебютировать. Это ни на что не влияет.

Одновременно с гонкой в Себринге стартовал новый сезон в «Формуле-1». Что ожидаете от него?
Это будет очень интересный сезон. Пожалуй, самый интересный за много лет. Не самые большие изменения в регламенте привели к тому, что баланс сил в чемпионате изменился, так что и борьба за чемпионство и Кубок конструкторов, и сражения за очки будут очень захватывающими. Ferrari выглядят очень быстрыми, они непременно захотят выиграть трофей после долгого перерыва. Red Bull недалеко от лидеров, а как мы знаем, они всегда медленно начинают, а потом разгоняются. Так что и «быки» могут включиться в борьбу. Конечно, необходимы еще доработки машин в ходе сезона, и баланс может опять качнуться. Лично мне интересно последить и за пилотами, которые сменили команды, и за новичками. Жалко, конечно, что придется делать это со стороны, но как зритель я воодушевлен.

Как вам нововведение с начислением очка за быстрейший круг в гонке?
Мне трудно комментировать, ведь я не действующий пилот, но я бы, наверное, предпочел начислять дополнительное очко не за лучший круг, а например, за поул-позицию. Сезон покажет, насколько эта идея FIA хороша.

В прошлом году у вашего Williams дела шли плохо, но сейчас совсем кошмар. Больно на это смотреть?
Не то слово. За тот непростой год я очень сблизился с коллективом, со многими подружился и до сих пор регулярно общаюсь. Да, если бы вдруг Williams сейчас выстрелил, мне было бы обидно, что я не с ними, но еще более обидно смотреть на то, что происходит сейчас с командой. Большая часть нашей прошлогодней работы пошла насмарку. Боюсь, поиск и решение проблем займут немало времени.

Из Williams ушел и Лэнс Стролл, чуть ли не главный рента-драйвер F1. Он сможет показать достойный результат в этом году?
Мне кажется, у него есть потенциал для хорошей карьеры в «Формуле-1». Он очень талантливый пилот. В F1 очень много тонких моментов, которые нужно понимать и собирать воедино. На мой взгляд, Лэнсу не всегда это удавалось, но с опытом он научится это делать, и результат придет.

В пелотоне все же будет российский гонщик – Даню Квята реабилитировали и вернули в Toro Rosso. Справедливость восторжествовала?
Не мне судить, было ли справедливым его увольнение или возвращение. Но я по-человечески рад за Даню. Понимаю, что этот сезон для него определяющий, и у него в итоге получится закрепиться в пелотоне, а в следующем сезоне – в «Формуле-1». Надеюсь, наконец будет два пилота из России.

Досье / Сергей Сироткин
Родился 27 августа 1995 года в Москве
Двукратный бронзовый призер GP2 (2015, 2016)
Тест-пилот Sauber (2014) и Renault (2016–-017 и с 2019-го)
Пилот «Формулы-1» в 2018 году (Willams, 0 очков)
Участник программы SMP Racing, пилот команды в суперсезоне WEC (2018–2019)

Партнеры журнала: