Сергей Шубенков – о победе в Китае, привязанности к Барнаулу и допинговых скандалах

Большой спорт №9 (95)
Текст: Андрей Супранович
Первая в истории отечественного спорта золотая медаль в барьерном беге на 110 метров случилась лишь в 2015 году. Подумать только, до Сергея Шубенкова никто, даже во времена СССР, не выигрывал медалей на 110-метровой дистанции! А простой парень из Барнаула смог, приплюсовав к бронзе двухлетней давности высшую награду планетарного первенства в Пекине. Сразу после триумфа Сергей Шубенков рассказал журналу «Большой спорт» о том, как ему удалось преодолеть заветный барьер в 13 секунд, а также о том, что предшествовало великой победе.

Досье / Сергей Шубенков

- Родился 4 октября 1990 года в Барнауле
- Личный рекорд: 12,98 (Пекин, 2015)
- Чемпион мира (2015)
- Двукратный чемпион Европы (2012, 2014)
- Бронзовый призер мирового первенства (2013)

Сергей, поздравляем вас с победой! Осознали, что произошло?
Помаленьку это приходит. Обычно, когда выигрываешь, на следующий день поступают звонки от журналистов. Вроде интересоваться должны были все – как-никак чемпионат мира! Ан нет. Наверное, все привыкли. Выиграл? Понятно, хорошо. Видимо, не так
интересно.

Как отпраздновали?
Вечером собрались тренер, агент и руководство федерации. Посидели, распили вино на семерых. Вот и все. Праздновать некогда – нужно снова тренироваться.

За счет чего удалось наконец выбежать из 13 секунд?
Вопрос к тренеру. На мой взгляд, мы правильно сделали, что пропустили зимний сезон. Организм и голова отдох­нули – я ведь тренировался с жутким остервенением, выкладывался в каждом упражнении. Постепенно усталость накапливалась. Иногда ничего не хотелось. А это нехорошо.

Можно ли сказать, что соперники провели забег хуже, чем вы рассчитывали? Никто не смог разменять 13 секунд.
Ну и что? Все чемпионаты мира примерно так и заканчиваются: победитель бежит около 13 плюс либо чуть-чуть быстрее. Второе и третье места (13,03 и 13,04) – это близко, плотно и, между прочим, очень быстро. Каждый мог стать чемпионом, посмотрите на секунды – все восемь участников выбежали из 13,35.

В отсутствие Ортеги кого считали главным соперником перед чемпионатом мира в Пекине?
Оливера. Крутой спортсмен. Ему 33, а он каждый год «поливает», классные секунды показывает. Да и остальные американцы внушали опасения. Ямайцев никогда в барьерах не было, а в этом году и у нас разбежались. Видать, места закончились в гладком спринте.

Российская легкая атлетика сейчас находится в очень неудобном положении в связи с фильмом ARD и волной допинговых скандалов. Как вам работается, какие настроения царят в сборной?
Фильм я, кстати, не смотрел, только цитаты из него читал. Весело. Я вообще от всей этой темы стараюсь дистанцироваться, у меня конкретные цели и задачи. Пытаюсь уходить от разговоров, чтобы беречь эмоции для выступления. Все равно ведь обидно за страну. И за всю атлетику тоже. Вон велоспорт убили, сколько было денег и спонсоров, а потом начали шерстить старые пробы – и все пропало. Сейчас у нас так будет. Сколько российских проб минувших лет стали поднимать! Кстати, почему только российские? Вы и остальных тоже проверьте!

То есть вы считаете, что не стоит ворошить прошлое, даже если те олимпийские чемпионы сидели на допинге?
Не могу выработать четкого мнения на этот счет. С одной стороны, не пойман – не вор, чего лезть в события десятилетней давности? С другой, допинга и правда много, его надо как-то выгрести, избавиться от этой грязи. Правила изменились, сейчас не 1980‑е, когда можно было есть все подряд и не попадаться. Так больше делать нельзя. Вот выбрали нового президента IAAF (британца Себастьяна Коэ. – Прим. БС), надеюсь, он придумает что-нибудь адекватное.

Поговаривают, что из-за скандалов в спортивной ходьбе могут дисквалифицировать всю сборную России.
Это вообще жесть, а не идея. Просто с ума сойти! Они жрут, а я что должен делать? Ходить по рукам бить или пилюли где-то перехватывать?

То, что вас стали чаще посещать допинг-офицеры, да еще и в 6 утра, встретили с пониманием?
Да нормально все. А так рано приходят, потому что я сам попросил. Это логично. Мы ведь заполняем специальный календарь, и в нем нужно обязательно указать один час, в который меня точно можно найти. Я уж совершенно уверен, что с 6 до 7 утра сплю в кровати и никуда не денусь. Да и анализ легче утром сдать.

Стали ли вы осторожнее следить за своими вещами, едой, чтобы никто не смог подсыпать что-то противозаконное?
Да нет. Банальные предосторожности и раньше не мешали. Если не допил воду и оставил, то лучше ее потом не трогать – возьми новую. Ну и выбирай правильно тренера. Некоторым ведь сложно перестроиться, принять новые правила. Мой наставник с самого начала сказал, что мы будем готовиться только «чисто».

Думаете, в беге с барьерами все чисты?
А черт его знает. Возможно, все. Есть признаки, которые вызывают подозрения. Допустим, атлет несколько сезонов показывает примерно одинаковые результаты, ну или каждый год немного добавляет. А если вдруг происходит всплеск, а потом откат на прежние позиции, то что-то тут нечисто. Или бывают приколы, когда американцы на чемпионате университета или штата демонстрируют показатели, близкие к мировому рекорду, а потом никуда не едут. И говорят «нам нельзя, а то мы перестанем быть любителями и нас стипендии лишат». Я думаю: ну ничего себе любители!

С приходом Юрия Борзаковского на пост главного тренера в сборной что-то изменилось?
Пока не так много времени прошло, но у него уже что-то получается. Выиграли ведь пару «Европ». Бумажек вот стали заполнять больше, каждый месяц отчет нужен. Что еще? Да не знаю, я в сборной мало времени провожу, на своем сосредоточен. Предпочитаю готовиться дома. Хоть там нет такой роскошной базы, как в Новогорске, все равно дом есть дом.

Совсем в Москву не тянет?
Туда надо ехать за большой зарплатой, а у меня она от переезда никак не изменится. Терпеть не могу столицу. Пробки.

Что скажете об истории с кенийцами, которые вскоре смогут выступать за сборную России?
Я просто историю расскажу. К нам Мутко приезжал перед чемпионатом мира. И вот на встрече Виталий Леонтьевич вдруг спрашивает у Люкмана Адамса, нашего «тройника»: «Вот есть трое кенийцев, гражданство им надо дать. Что думаешь?» А тот на весь зал: «Да они мертвые!» Все так и легли. А если серьезно, то лучше бы тренера кенийского позвали, проку было бы больше.

На чемпионат мира не поехал добрый десяток человек, выполнивших нормативы. Это правильно?
Кто-то не поехал из-за этих фильмов, ясное дело, у кого-то травма. Некоторые не хотят ехать туристами, кататься за деньги федерации. Можно их понять.

Вы, например, так скатались на чемпионат мира 2011 года.
Тогда я был молодой, это как раз пошло на пользу. У меня приоритеты после первенства изменились. До этого прилежно учился, университет был на первом месте. А вкусив мирового турнира, сразу перестроился и взял курс на отбор в Лондон.

Казалось бы, мама, сама в прошлом легкоатлетка, не должна была настаивать на непременном посещении университета.
А тут бабушка следила. Она еще мою маму стращала: «Не поступишь в университет – в доярки пойдешь». А мне говорила: «Не поступишь – пойдешь в физкультурный». Но я поступил. И учился хорошо, хоть и пропускал часто. А сейчас все равно учусь в физкультурном. Ну числюсь, по крайней мере.

Мама (Наталья Шубенкова – известная в прошлом семиборка. – Прим. БС) часто делает замечания по поводу ваших выступлений?
Вообще нет. Я и легкую атлетику выбрал сам, без ее участия. Многое попробовал, прежде чем попасть в бег. Мне, наоборот, повезло, что я не застал маминых выступлений, а то бы точно не стал спортсменом. Вот моя старшая сестра насмотрелась всех этих тягот и никаким спортом не занимается.

Дипломированным юристом вы стали тогда же, когда взяли золото на чемпионате Европы. Когда ехали в Хельсинки в 2012‑м, рассчитывали на победу?
К нам пришло понимание, что в Финляндии можно на что-то рассчитывать, за несколько месяцев до турнира, когда я нарастил объем тренировок. Медальку зацепить на взрослом чемпионате Европы – эта идея увлекла. То, что медалька может быть золотой, стало понятно прямо перед Хельсинки, когда я обновил рекорд России.

Если бы на Олимпиаде показать те же секунды, можно было бы зацепить награду и в Лондоне…
Да, что-то зажался, маленько испугался да и врубился в три барьера подряд. Обделался, в общем. Не повезло.

Потом, в 2013 году, был домашний чемпионат мира.
Да, там все прошло великолепно. К тому времени «наелся» уже, стала сказываться усталость, и я перестал улучшать результаты. Говорить, что никому не нужны 13,20, тоже нельзя, так давно никто в России не бегал, но улучшения не случилось. С таким результатом прибежать к медали на ЧМ – это просто повезло.

Тогда с чем связан прорыв в этом году?
Как уже говорил, я пропустил зимний сезон, это большой плюс. Отдохнул и физически и морально, соскучился по тренировкам. Обычно к августу уже устаешь. Раньше как, думаешь: «Опять самолеты, опять куда-то лететь, где-то бегать, хочу домой». Как-то залег в Барнауле на три дня, с кровати только к холодильнику подходил. А сейчас я даже не набегался, еще хочу.

Пропуск зимнего сезона как-то изменил подготовку к чемпионату мира?
Немного. Побольше побегал кроссиков, набирал объемы, так сказать. А потом все то же самое.

Верили, что получится преодолеть магическую отметку в 13 секунд?
Тренера моего послушать, так я постоянно должен это делать. Но я косячу на дистанции, ха! А если серьезно, то не очень ясно, что надо делать. Вот когда Мэрритт пробежал 12,80, не мог объяснить, как это вышло. Поставив 13,06, я не ожидал рекорда вообще. Тогда, в Париже, застрял в пробке, засыпал из-за разницы во времени, была жара, болела нога. Выходил на старт и думал: «Поскорей бы это кончилось, все надое­ло». Ортега меня обошел на дистанции, так я даже не пытался его догонять. Пересек финиш и обалдел: 13,06! А если бы постарался? Через три дня приехали в Венгрию, там уже настроился, думал – сейчас из 13 бабахну! И что? 13,27, да что ж такое!

Цифры на табло всегда такой сюрприз?
Ага. Все мировые рекордсмены так говорят. Прибегаешь, думаешь, что все как обычно, вроде ничего не сделал, а тут раз – мировой рекорд.

В беговых дисциплинах на первых ролях везде темнокожие атлеты. В барьерном беге у них нет такого преимущества?
Опять же мой тренер считает, что все равны, а мы от лени говорим, что у тех преимущество от природы. Я же считаю: генетика важна, но система подготовки и отбора дает куда больше.

У ямайцев вон какие ноги.
У Болта да, шаг широченный, в 2,5 метра, но мне такой не нужен в барьерах. Потому и попал в барьерный бег, что не получалось правильно ноги ставить при гладком беге. Так что меня тренер поставил на барьеры, и поперло. Сейчас вот не могу уже бежать без них, не умею, шаг слишком короткий натренирован. Мне предлагали в эстафету встать, но это так себе идея. В бобслей? Это мне разожраться надо. Да там и своих героев хватает.

Партнеры журнала: