Петр Врана – о задорном хоккее, желании вновь играть за Lev и амбициозных планах в «Атланте»

Большой спорт №9 (85)
Текст: Андрей Супранович / Фото: Евгений Пахоль
За время получасового интервью фраза «I had a lot of fun» прозвучала из уст новичка «Атланта» не менее 15 раз. Петр Врана, перебравшийся в «Атлант» в конце лета, действительно показался никогда не унывающим человеком. Нужно бросать дом и отправиться в Россию через пару дней после свадьбы? Ничего страшного. О переезде и женитьбе, а также о Сидни Кросби и Якубе Вране Петр рассказывает в интервью «Большому спорту».

Досье

  • Родился 29 марта 1985 года в Штернберке, Чехословакия
  • Новичок года QMHL-2003
  • В 2003 году выбран на драфте под № 42 (New Jersey Devils)
  • В NHL сыграл 16 матчей, забросил 1 шайбу
  • Серебряный призер чемпионата Чехии – 2010 (Vitkovice)
  • В КХЛ провел 173 матча, набрал 100 (41+59) очков

Еще несколько месяцев назад вы играли на родине в составе финалиста Кубка Гагарина. Теперь вы в России, а клуба Lev уже не существует. Тяжело ли мириться с этим?
Я был очень расстроен, когда пришли новости из команды. В Праге собралась отличная компания, вместе с которой мы добрались до финала. Нам было очень весело вместе, мы стали настоящей семьей, но в одночасье все распалось. Ребята были подавлены. Тяжело оказалось смириться и с отъездом из Праги: все же я выступал на родине, мои родные находились рядом, мы часто виделись.

Кроме Lev КХЛ недосчиталась еще двух команд…
Я пытался разобраться в ситуации на Украине, но это нелегко. Европейские СМИ подают информацию о конфликте с одной стороны, российские – совсем с другой. Правда же, уверен, где-то посередине. Надеюсь, что ситуация вскоре урегулируется и «Донбасс» вернется в лигу. Что до «Спартака», то, как я понял, ситуация лежит в финансовой плоскости. Пожелаю москвичам найти нового спонсора.

«Донбасс» сохранил права на своих хоккеистов. Если Lev опять включат в лигу, вы вернетесь в Прагу?
Кто знает? Мы можем только гадать, что будет через год. Восстановит ли клуб членство в КХЛ? Кого менеджмент захочет вернуть? Было бы круто вновь сыграть за Lev, но такой команды, как была, уже не собрать. Парни разлетелись кто куда: в разные клубы КХЛ, Германию, Швецию, Финляндию, Швейцарию.

Ондржей Немец и Атте Энгрен перебрались вместе с вами в «Атлант». Это упрощает адаптацию на новом месте?
Всегда хорошо, когда после перехода в новой команде вместе с тобой оказываются знакомые. К тому же Ондржей неплохо владеет русским, я этим пользуюсь. Еще я раньше пересекался с Михаилом Глуховым: мы успели вместе поиграть в «Амуре». С остальными же пришлось знакомиться. Коллектив мне понравился, парни очень открытые, многие хорошо говорят по-английски. Есть пара опытных ребят – Костя Кольцов, Слава Козлов, – которые имеют вес в раздевалке. Много молодежи.

Ваша троица смирилась с тем, что «Атлант» вряд ли будет находиться на ведущих ролях в лиге? Насколько тяжело переходить в клуб, который ниже классом, чем предыдущий? Какие задачи ставите перед собой?
Думаю, что «Атланту» по силам пробиться в плей-офф, а уж там все начинается сначала. Да, у нас нет суперзвезд, которые забивают по 50 шайб за сезон, но мы можем пройти далеко, если станем единым целым. На Lev в прошлом сезоне тоже никто не ставил, однако мы уверенно прошли все матчи на вылет. Если доберемся до плей-офф, предстанем там сплоченной командой – все может получиться. Что же касается личных задач, то они не измеряются набранными очками. Мои цели неизменны: играть на пределе, подставлять плечо партнерам, помогать лидерам вести команду за собой.

В первом для вас сезоне в КХЛ ваша статистика была впечатляющей – 43 (19+24) очка в 46 встречах. Но чтобы набрать столько в Lev, вам понадобилось в два раза больше матчей.
В Хабаровске получал больше времени на льду, вот и статистика оказалась отличной. У нас было прекрасное звено с Якубом Петружалеком и Димой Тарасовым, все удачно складывалось, и это придавало нам сил. В Lev же не было ярко выраженного первого звена, все четыре тройки получали примерно равное количество игрового времени. Все дело в нем: как только в плей-офф я стал чаще выходить на лед, то и статистика пошла в гору. В целом в постсезонье стало больше получаться, вот я и забросил примерно столько же, сколько и за всю регулярку. В любом случае в Праге не было ярко выраженного лидера, который бы чаще других отмечался в протоколе.

Звено Петружалек – Врана – Тарасов было лучшим в вашей карьере?
Можно сказать и так, у нас отлично получалось взаимодействовать. Нам было очень весело, мы играли в задорный хоккей и понимали друг друга с полуслова. Еще могу вспомнить свою тройку в Галифаксе, где я катался с двумя французами. Даже не знаю, где они сейчас.

Что скажете о своих новых партнерах – Павле Чернове и Сергее Шмелеве?
Сергей очень молод, но чрезвычайно талантлив и умен, ему нужно много работать, чтобы реализовать свой потенциал. Павел чуть опытнее, однако у него тоже еще все впереди. Думаю, у нас все получится.

Вами интересовался «Авангард», но вы предпочли поехать в Мытищи, где вам вряд ли предложили лучшие финансовые условия. Не хотели уезжать далеко от дома?
Все произошло очень быстро. Я до последнего ждал решения по Lev, а когда стало понятно, что команды не будет, требовалось определяться с будущим. Мой агент сказал, что «Атлант» очень заинтересован в моих услугах. Идея пришлась мне по душе: Мытищи близко к Шереметьеву, оттуда всего пара часов лета до Праги. К тому же мой друг Ондржей уже согласился перейти в «Атлант». Так что принять решение было легко.

Вы близки с Немцем? А с Петружалеком?
Приятно, когда твой сосед по номеру остается таковым и в «Атланте». Мы много времени проводим вместе, вот и сейчас он терпеливо ждет, когда я закончу интервью и пойду с ним ужинать. С Якубом мы тоже добрые приятели, нам всегда весело. Да, сейчас играем в разных клубах, но порой перебрасываемся SMS, иногда видимся, он был этим летом у меня на свадьбе. Что же касается моей заокеанской карьеры, то там я сдружился с Никласом Бергфорсом, который вместе со мной играл в New Jersey.

После отличного выступления в минувшем плей-офф логично было бы ждать вызова в сборную Чехии, но он так и не случился. Почему?
Я не знаю. Да, взяли Соботку и Гудлера, пригласили Новотны – он давно в сборной, знает все требования. Видимо, я не вписывался в концепцию Ружички, раз он оставил меня за бортом. Смотрел ли я игры в Минске? Видел несколько, в том числе и матч за третье место. За остальными следил в интернете – все же в то время находился в отпуске. По-моему, выступили ребята неплохо, пусть старт опять не задался. Болельщики были недовольны, но они просто по привычке считают, что Чехия должна обыгрывать всех подряд. Это не так, ведь в наше время непросто выиграть у Словении, Франции или Норвегии, – это уже не слабые команды, которые можно громить, все подтянулись, хорошо катаются, бросают. Взять хотя бы Швейцарию, которая в прошлом году дошла до финала. Так что четвертое место – не так уж и плохо, хоть и обидно, что мы остались без медалей.

Можете сказать то же самое об Олимпиаде?
О, нет. Дело даже не в результате (чехи проиграли в четвертьфинале США – 2:5. – Прим. БС). Вы видели, насколько наша игра была далека от уровня топ-команд: Канады, США, Швеции, России. Да, я помню, что ваш результат никого в России не устроил. Иногда план «собери побольше звезд и выиграй» не работает. Нужны рабочие лошадки, те, кто будет трудиться на команду. Что ж, Россия хотя бы реабилитировалась на чемпионате мира, пусть со стороны эта победа и выглядела несложной.

Финал чемпионата мира прошел на «Минск-Арене», которую многие называют лучшей в КХЛ. Вы согласны?
Не забывайте об O2 Arena, где играл Lev, там потрясающая атмосфера при аншлагах. Еще мне импонирует стадион в Петербурге, который всегда заполнен. В Мытищах неплохая арена, напоминает арену «Трактора». Вообще мне везде нравится, разве что в Минске, Праге и Санкт-Петербурге чуть больше, видимо, потому что тамошние стадионы масштабнее. Слышал, у «Барыса» тоже будет новехонькая арена.

Некоторые иностранцы, напротив, шокированы условиями в некоторых городах России, о чем сообщали в интервью и даже писали книги. Почему вы всем довольны?
Речь, вероятно, идет о североамериканцах или скандинавах. Мне проще, ведь я вырос в маленьком чешском городке, так что местные условия для меня привычны, со многим я сталкивался и на родине. Опять же наши языки похожи, мы многое понимаем, что облегчает адаптацию в России. Ничего такого, к чему нельзя было бы привыкнуть, я здесь не встречал.

Делаете успехи в русском?
Можно сказать и так, уже многое понимаю, хоть заговорить пока не получается. Но я честно пытаюсь – стараюсь слушать разговоры в раздевалке, запоминать слова. Уже могу построить простые фразы. Ребята помогают, порой обращаются ко мне на русском, да и Ондржей всегда рядом – как я говорил, он отлично знает язык. Каюсь, в Хабаровске даже не пытался учить слова, обходился английскими и чешскими, но в Мытищах обещаю исправиться.

Как и где обустроились: в Мытищах или в Москве?
Живу в Мытищах, в 25 минутах ходьбы от арены, рядом с большим торговым центром. Моя жена пока не здесь, у нее много дел в Праге, где мы недавно купили квартиру. Занимается бумажной работой, ремонтом. Как только закончит – приедет ко мне.

Как она отнеслась к переезду?
Поначалу не обрадовалась. Нам нравилось жить в Праге, и мы только летом поженились, из-за переезда многие планы поменялись. Однако она сказала: «Нам было весело в Хабаровске, может, и в Мытищах будет так же?»

Ваша свадьба проходила в условиях цейтнота?
Да, времени на подготовку было немного, ведь мы дошли до плей-офф. К тому же, как я уже говорил, параллельно с подготовкой к торжеству мы покупали квартиру, что также заняло немало времени. В итоге что-то делалось в последний момент, но все получилось. Мы сняли прекрасное шато в 40 минутах езды от Праги, компания была небольшая – семья и близкие друзья. Отложить свадьбу и в мыслях не было – мы и так долго ждали, ведь обручились аж пять лет назад. Почему так долго тянули? Не выпадал подходящий момент – то я сломал ногу и долго пробыл в гипсе, то переезжали и не могли найти время, чтобы все организовать. Как только осели в Праге, сразу стали планировать свадьбу. Хорошо, что успели.

В этом году Washington Capitals под 13‑м номером выбрал на драфте вашего однофамильца Якуба Врану. Вы знакомы с ним?
Нет, мы никогда не встречались, но моя бабушка уже успела нас спутать. Услышала, что Ружичка вызвал его в летний лагерь сборной, и позвонила мне с поздравлениями. Якуб – хороший молодой игрок, надеюсь, у него все получится в NHL.

В его возрасте вы тоже отправились за океан и в 2003‑м выиграли титул лучшего новичка престижной юниорской лиги QMHL. Знаете, кто был следующим обладателем трофея?
Сидни Кросби. Хотите спросить, почему я не играю в лиге, как и он? Что ж, Cидни – исключительный хоккеист. Я выходил на лед против него в QMHL, в 2005‑м мой Halifax всухую проиграл Rimouski Кросби финал плей-офф. Да Сидни с детства все говорили, что он будет новым Гретцки! Неудивительно, что он с ходу заиграл в Pittsburgh. Мне же не хватило немного везения, команды, в которой бы мне поверили. Тренер слишком долго не давал шанса в «дьяволах», три года я провел в AHL, а когда все же получил игровое время в основной команде, не сумел ничего показать. Пришлось возвращаться домой и начинать все сначала.

Вы забросили всего одну шайбу в NHL (в 16 матчах), причем сделали это в дебютной встрече. Сохранили ее на память?
Да, я забрал саму шайбу. Но в NHL обычно выдают специальный сувенир игроку, забросившему дебютную шайбу. Мне не выдали, наверное, нужно было попросить.

Ваша фамилия переводится с чешского как «ворона». Давали ли вам какие-нибудь прозвища из-за этого?
Да, в Чехии меня с детства прозвали havran, то есть «ворон». В Америке прозвище не прижилось, там никто не размышляет о значении славянских фамилий. Меня называли просто Питер. 

Партнеры журнала: