Олег Матыцин – о Токио-2020, Пекине-2022 и связи поколений

Большой спорт № октябрь 2021 (147)
Текст: Дмитрий Маслов Фото: Платон Шиликов, Олег Зотов
На Олимпийских играх в Токио россияне завоевали 71 медаль. Можно ли назвать этот результат успешным? С этого вопроса началось наше интервью с министром спорта России Олегом Матыциным. По ходу беседы мы также обсудили ситуацию в легкой атлетике и новых олимпийских дисциплинах, российские перспективы в Пекине-2022 и экономику отечественного спорта.




На Олимпийских играх в Токио россияне заняли пятое общекомандное место, но по количеству наград показали лучший результат за три цикла. Как вы оцениваете выступление команды?
Оцениваю положительно, особенно учитывая объективные сложности: ограничения в условиях пандемии и эмоциональную нагрузку, которая стала следствием принятия Спортивным арбитражным судом решения по делу «WADA против РУСАДА». Финальный этап подготовки был осложнен требованиями Оргкомитета Игр в Токио и МОК, связанными с многочисленными тестированиями и регламентом по участию в соревнованиях.
Российские спортсмены вышли на старт в 33 видах из 41, завоевали 71 медаль. Важно, что награды получены в 19 видах, в 10 из них – золотые. В целом значительно возросла конкуренция: в Токио медали завоевали представители 93 стран. Исторический успех достигнут в тхэквондо, где у нас две медали высшей пробы. Успешно выступили представители спортивной гимнастики, ярко проявили себя теннисисты, прогресс наблюдается в академической гребле.
Детальный анализ по всем видам будет проходить на заседаниях экспертных советов, где подведут итоги Токио-2020 и скорректируют планы по Играм в Париже. По определенным видам спорта, прежде всего командным, мы не отобрались на Игры в Токио. Надо понять причины ошибок и спланировать следующий цикл так, чтобы их устранить. 
Подготовка российских спортсменов к выступлению на Олимпийских играх – приоритетное направление для государства. Увеличились инвестиции в спорт. Сегодня спорт – это область высоких технологий. Значительное влияние на результат оказывают медицина, питание, восстановление, спортивная инфраструктура. В докладе на заседании Совета при Президенте Российской Федерации по развитию физической культуры и спорта мы обратили внимание на необходимость совершенствования инфраструктуры. Возможности нашей страны весьма значительны, в том числе климатические и географические. Финальный этап подготовки к Токио-2020 проходил на Дальнем Востоке. Мы видим тенденцию по смещению центра спортивной активности в Азиатско-Тихоокеанский регион, с учетом этого будем планировать усовершенствование инфраструктуры, федеральных баз по подготовке национальных и региональных команд. Проведение сборов за рубежом связано с определенными рисками: недостаточный контроль по питанию, организации тренировок, медицинскому сопровождению. Все эти недостатки можно устранить, организовав подготовку на территории России. Как никогда важны вопросы медицинского сопровождения, этому вопросу будет уделяться особое внимание. 

Легкая атлетика – самый медалеемкий олимпийский вид спорта. Как оцените общую ситуацию с ней в стране? Стартовые протоколы чемпионата России говорят, что в некоторых дисциплинах у нас почти не осталось спорт­сменов.  
С 2015 года Всероссийская федерация легкой атлетики фактически исключена из World Athletics, это негативно сказалось на интересе к виду спорта, занятиям, подготовке тренеров, взаимодействии с иностранными коллегами. Профессиональный спорт – единое мировое пространство. Когда ты из него выпадаешь, исчезает возможность участвовать в соревнованиях, получать новые данные. В целом эмоциональный фон был крайне негативным. 
В течение двух лет министерство спорта и правительство активно принимают меры для того, чтобы ВФЛА вновь стала полноценным членом World Athletics. 
Реализуется дорожная карта, и мы видим положительные тенденции. Обеспечена финансовая стабильность развития федерации, активно взаимодействуем с региональными представителями, работа выстроена и на уровне сборной, и по подготовке резерва. Считаю, что потребуются минимум один-два олимпийских цикла для того, чтобы выйти на результаты, которые мы показывали до появления ограничений.
В числе 10 выступавших в Токио спортсменов были Мария Ласицкене, завоевавшая золотую медаль, и Анжелика Сидорова, ставшая второй. Сергей Шубенков и Дарья Клишина имели шанс стать призерами, но помешали травмы. При этом, даже если не было бы ограничений по количеству спортсменов, результаты российских легкоатлетов не позволяли претендовать на большое количество медалей.  
Поэтому одно из ключевых направлений – формирование резерва, с которым продолжим вести работу, нацеленную на получение максимального количества олимпийских лицензий. Для этого надо снять все ограничения по допуску к международным стартам. Важно обеспечить организацию национальной системы развития легкой атлетики: строительство объектов, подготовку кадров, обучение тренеров, изучение международного опыта. Свет в конце туннеля виден, мы уверенно к нему идем. Финансовая стабильность есть, рисков по невыполнению дорожной карты по восстановлению пока не наблюдается. Все зависит от людей, их профессионализма и нацеленности на результат. Главное – консолидация. Самое страшное, что произошло, – это разобщение легкоатлетического сообщества. Надеюсь, мы минимизировали подобные риски и сумеем выстроить командную работу. 

В Токио в олимпийской программе дебютировали четыре вида спорта – карате, серфинг, скалолазание и скейтбординг. В трех из них россияне не стартовали, скалолазы же были далеки от медалей. В чем причина нашей неконкурентоспособности в новых дисциплинах?
В карате чемпионка мира Анна Чернышева была претенденткой на золотую медаль, но не смогла участвовать в соревнованиях из-за положительного ПЦР-теста. К сожалению, исторический шанс упущен: в Париже-2024 карате уже не будет. 
В целом наша задача – оперативно реагировать на появление новых видов в олимпийской программе, готовить кадры, создавать условия. В Париже дебютирует брейк-данс, где у нас неплохие перспективы: юношеские Олимпийские игры выиграл Сергей Чернышев, Наталья Килячихина является чемпионкой мира. Надеемся, за ближайшие три года позиции укрепятся и Россия будет достойно представлена в Париже.
Вопрос о скорости включения новых видов в олимпийскую программу считаю дискуссионным, но, раз это происходит быстро, нужно создавать условия для развития, уделять особое внимание отбору спортсменов. Для брейк-данса специальных спортивных сооружений строить не надо, но для скейтбординга, скалолазания они необходимы. Если есть массовость, интерес, квалифицированные специалисты, правильная система отбора, с большой вероятностью появится и результат. Мы встречались с руководителями федераций, обсуждали пути развития новых видов спорта. Это важно как с точки зрения завоевания медалей, так и в плане реагирования на тенденции, зарождающиеся в молодежной среде, ответ на их запрос. 
Считаю, что Олимпиада – площадка для признания, диалога с молодым поколением. Через новые виды спорта мы даем возможность молодым людям стать участниками олимпийского движения.

Как идет подготовка к зимним Играм 2022 года? Какой результат в Пекине-2022 вы сочтете успешным в плане количества медалей?
Пекин будет даже более сложным в плане контроля за въездом, состоянием здоровья, процессами тестирования, минимизации рисков заболевания. Опыт у нас есть, поэтому система подготовки на федеральных базах и участия в соревнованиях выстроена. Часть команд по плану тренируется за рубежом. Конкуренция высокая, и ситуация осложнена невозможностью заранее протестировать олимпийские объекты. Уже квалифицировались команды по хоккею, керлингу, впервые максимальное количество лицензий завоевали фигуристы. 
Сложность прогноза связана с ограниченным количеством стартов. У нас есть сильные спортсмены практически в каждом виде, но четкий прогноз по медалям давать не хочу. Ставим максимально амбициозные цели, более конкретно сможем обозначить их в начале следующего года по завершении всех отборочных соревнований. На момент нашей беседы у России 218 лицензий из 261 возможной. Когда полностью сформируется состав участников Игр, более определенно выскажемся о перспективах.

Видите ли вы проблему в малом количестве российских представителей в руководстве международных спортивных федераций? Есть кому защищать интересы России на мировом уровне?
Не могу с вами согласиться в оценке ситуации. Мы видим тенденцию увеличения количества представительства россиян в международных федерациях. Алишер Усманов возглавляет Федерацию фехтования, Владимир Лисин – Федерацию спортивной стрельбы, Аркадий Дворкович – шахмат, Умар Кремлев – бокса. Это мощные структуры, которые во многом определяют политику МОК. В Международной федерации гимнастики первым вице-президентом является Василий Титов. 
Уверен, представители России должны влиять на программу Олимпийских игр, критерии оценки в субъективных видах спорта. В министерстве спорта создан департамент, занимающийся вопросами взаимодействия с международными организациями, продвижения российских интересов не только через непосредственно спорт, но и через работу с ЮНЕСКО, послами зарубежных государств в нашей стране. Решить вопрос устойчивого представления национальных интересов без привлечения наших соотечественников в руководство международных организаций сложно. 
Надо выстраивать диалог, как можно более открыто говорить о нашей позиции.



Правительство одобрило законопроект, разрешающий продавать пиво на спортивных мероприятиях. Предполагается, что такой шаг благотворно скажется на финансировании спорта. Какие еще законодательные инициативы вы готовы инициировать или поддержать, чтобы в отечественный профессиональный и детско-юношеский спорт шло больше денег? 
В ближайшее время будет подготовлен законопроект о букмекерской деятельности, он поспособствует значительному росту инвестиций в спорт. Там установлены критерии детско-юношеского, профессионального спорта. Сейчас активно развиваем механизм государственно-частного партнерства при строительстве спортивных сооружений, схема уже утверждена на уровне правительства. Одобрена программа по софинансированию строительства объектов. Когда регион выходит с предложением о возведении спортивного сооружения, используется такой механизм. Это важно, поскольку необходимо понимать, как в дальнейшем объект будет работать. Привлечение бизнеса с его опытом и пониманием экономики сделает более эффективным как строительство, так и функционирование сооружений.
В настоящее время мы создаем единую цифро­вую платформу в области физической культуры и спорта, которая позволит объективно оценивать ситуацию – наличие объектов, количество и характеристики занимающихся, квалификацию тренеров. Все это должно привести к правильному планированию, максимально рациональному формированию бюджета и привлечению бизнес-сообщества к решению вопросов. Наше взаимодействие с федерациями нацелено на то, чтобы понимать, какую часть субсидий на развитие видов спорта дает государство, при этом устанавливая целевые показатели по привлечению частных инвестиций.

За время коронавирусных ограничений мы привыкли к тому, что в некоторых видах соревнования проводятся в онлайн-формате. Есть ли у него перспектива? Какие из принятых в коронавирусный период практик вы считаете уместным сохранить и после снятия ограничений?
Мы продолжаем использовать онлайн-формат для конференций и других бизнес-мероприятий: это экономит время на переезды и перелеты. Но часть вопросов требует общения, непосредственно глядя в глаза друг другу. 
Что касается соревнований, то это совсем иное. Большая часть соревнований направлена на совершенствование двигательной активности человека, и в онлайн-формате мы теряем многое: эмоциональность, взаимодействие, ведь спорт – сфера социальной адаптации. В онлайне сохраняется лишь формальная сторона – факт проведения, но природа спорта уходит. Есть онлайн-шахматы, которые стали бурно развиваться в пандемию, киберспорт, но это довольно узкая область. 
У нас имеется опыт организации онлайн-соревнований. Знаем, как их регламентировать, проводить. Но как только начали сниматься ограничения, мы перешли по основным видам деятельности в реальный формат. В том числе с присутствием зрителей. Опыт Игр в Токио, где их не было, показал, что уходят эмоциональность и сопричастность. Считаю, надо возвращаться к истинной природе спорта.

Сейчас популярны триатлон, марафонский бег. Фиксирует ли министерство настроения масс? Всегда ли запросы государства совпадают с общественными?
Задача государства состоит в том, чтобы минимум 70% россиян занимались спортом. Конечно, мы отслеживаем интересы людей и тенденции. Вижу функцию министерства в создании максимально комфортных условий для спортивной активности. Непосредственно за развитие видов спорта отвечают федерации, мы их аккредитуем, даем субсидии, строим базы, готовим кадры, лицензируем и регламентируем деятельность. И основная задача  государства – «открывать двери». Когда получаем от федерации информацию, что какая-то деятельность зарождается или набирает популярность, оказываем содействие. Есть  уже работающие механизмы: гранты некоммерческим организациям, субсидии, соглашения с регионами и другие. Ярким примером является Стратегия развития физической культуры и спорта в России до 2030 года. В ней мы определили основные приоритеты: профессиональный спорт, корпоративный, массовый, студенческий, строительство инфраструктуры, подготовка кадров, развитие новых видов спорта. 
Есть межведомственные программы. В их рамках сотрудничаем с профильными организациями: по школьному спорту – с министерством просвещения, по студенческому – с министерством науки и высшего образования, по ведомственному – с крупными корпорациями и т. д. В принципе, политика правительства заключается в создании максимально широкой платформы, чтобы ведомства объединялись в решении задач.



Вы профессионально играли в настольный теннис. Почему выбрали этот не самый очевидный вид спорта? Занимаетесь ли спортом сейчас? Если да, то какими именно видами?
В моем детстве основной спортивной площадкой был двор. Играли во все: хоккей, футбол, настольный теннис… В нашу школу пришел тренер, набирал в секцию, я записался, о чем не жалею. Продолжаю играть и сейчас: недалеко от моего кабинета в министерстве расположен стол. Плаваю, с утра занимаюсь йогой.

Болеете ли вы за кого-то из российских спортсменов персонально? 
С теплотой отношусь ко всем, предпочтение никому не отдаю. Дело даже не в должности и нежелании кого-то обидеть. В детстве восхищался игрой Валерия Харламова, Льва Яшина. Сейчас кумиров нет, слежу за всеми выступлениями. Получаю удовольствие от игры теннисиста Даниила Медведева, выступлений гимнастов, фехтовальщиков… У нас единая коман­да, ребята поддерживают друг друга вне зависимости от видов спорта. Перед Токио-2020 я приезжал на сборы, видел то невероятное единение и чувство взаимной поддержки, которые там царят. И такой настрой гарантирует нам победы.