Павел Колобков – о пути к должности руководителя Минспорта России, последствиях доклада Макларена и возможном недопуске россиян к Олимпиаде в Пхенчхане

Большой спорт №1-2 (109)
Текст: Алексей Немов / Фото: Евгений Пахоль / Продюсер: Алана Цомартова
19 октября 2016 года указом президента России пост главы министерства отечественного спорта занял 47-летний Павел Колобков – олимпийский чемпион 2000 года по фехтованию на шпагах, последние шесть лет являвшийся заместителем министра спорта Российской Федерации, его предшественника Виталия Мутко. В интервью своему давнему другу и главному редактору «Большого спорта» Алексею Немову новый главный сформулировал восемь задач, которые он намерен решить, а также поведал, как наша страна борется с допингом и почему он поддержит легкоатлетов, стремящихся выступать под нейтральным флагом.

Досье

- Родился 22 сентября 1969 года в Москве
- Министр спорта Российской Федерации
- Специализация: фехтовальщик на шпагах
- Олимпийский чемпион 2000 года
- Серебряный призер Олимпийских игр в личном (1992) и командном (1996) первенствах
- Бронзовый призер Олимпийских игр в личном (2004) и командном (1988, 1996) первенствах
- Шестикратный чемпион мира (1991, 1993, 1994, 2002, 2003, 2005)
- Двукратный чемпион Европы (1996, 2000)
- Звание: полковник (2004)

У меня много друзей среди профессиональных спортсменов, и никто из них не стал федеральным министром. Как вам удалось сделать такую головокружительную карьеру?
Скажу честно: даже не представлял, что когда-либо займу пост министра. Государство оказало доверие, мое дело – приложить максимум усилий, чтобы его оправдать. Главное – честно исполнять свой долг и не лениться.

Через что пришлось вам пройти до прихода в Минспорта?
Длинная история. Примерно в 1992 году, когда при отсутствии должного финансирования рушилась система спортивной подго­товки, стало понятно, что пора думать о будущем, – уже тогда жизнь фехтовальщика казалась не вечной. Помимо спортивного, решил получить и юридическое образование. Параллельно начал искать себя там, где смогу реализоваться после карьеры. Мне еще повезло, что выступал до 39 лет.

Сегодня такое представить почти невозможно.
Как правило, к 27 годам состав сборной меняется почти на 100%. Когда мне исполнилось 30, уже после победы на Олимпиаде в Сиднее, я пришел на работу в World Class. Овладел знаниями в управлении спортивным клубом, понял, что такое сфера оказания услуг, руководство коллективом, планирование и бюджетирование. Само собой, работал и с документами. Работал в клубе шесть лет, параллельно выступая на соревнованиях. График мне позволял: в офисе с 10 до 18, потом тренировка. Старался успевать везде. Спасибо коллективу, отнеслись с пониманием. Потом уже было МГО «Динамо», одновременно был избран в Общественную палату, где получил немалый опыт и увидел спорт высших достижений с другой стороны – как чиновник.

Теперь вы глава Минспорта. Какие задачи поставили перед собой?
Спорт в России всегда был приоритетным для государства и должен таким оставаться. Я хочу, чтобы спорт и физическая культура являлись образом жизни для людей всех возрастных категорий. Чтобы отечественный спорт не сотрясался скандалами, как это происходит в последнее время. Необходимо укреплять авторитет российского спорта! Модернизировать систему спортивной подготовки спортсменов и возродить систему подготовки и переподготовки тренерских кадров. Важно поднять престиж спортивного образования. Чтобы иностранцы приезжали получать знания к нам, наше образование ценилось бы на мировом рынке труда. Нужно возродить отечественную спортивную науку, повысить ее престиж, как во времена СССР. Разумеется, во главе угла для меня как для спортсмена стоят атлеты. Моя задача — помочь каждому раскрыть его потенциал.

Далеко не все сотрудники министерства занимались спортом на профессиональном уровне. Является ли это минусом? Или принципы управленческой работы везде одинаковы, будь то спорт или, скажем, юрис­пруденция?
Это не имеет большого значения. Мне лично, конечно, это помогает – я знаю спорт изнутри. Но также могу назвать много профессиональных и выдающихся руководителей, которые сами им никогда не занимались. Главное – понимать спорт и в нем разбираться. Виталий Леонтьевич Мутко – яркий тому пример. Более вовлеченного, так много давшего нашему спорту человека сложно найти.

Виталий Мутко нередко говорил, что он «управляет российским спортом в ручном режиме», и оставлял принятие всех ключевых решений за собой. Вы будете действовать по схожей схеме или воплотите принцип делегирования ответственности?
Иногда, конечно, приходится управлять в ручном режиме, но есть стремление наладить систему. В принципе, она обозначена, прописана в законе и других нормативных актах. Кстати, за последние восемь лет приняли около 300 актов, и все они формируют систему. Чтобы она заработала с полной отдачей, руководители на местах должны выполнять свои обязанности в полном объеме, а также отвечать за принятые решения.

Заступая на должность министра, вы заявили: «Перед нами стоит ряд угроз, которые предстоит совместно решать. Это угроза в поведении болельщиков, угроза применения допинга и манипулирования в спорте». Расскажите, пожалуйста, подробнее о первоочередных действиях по каждому из этих направлений.
Угроз гораздо больше. И это всемирная проблема, а не только в России. Что главное в спорте? Быть сильнее противника. Но, к сожалению, с развитием спорта появились не совсем здоровые его проявления. Безусловно, это манипулирование результатами. Сегодня много желающих вмешаться в честный спорт неспортивными методами. Это угроза всему спорту, отношениям внутри него. Кстати говоря, борьба будет вечной – вполне возможно, зачатки таких проблем появились еще в Древней Греции.

Еще одна насущная проблема – безобразное поведение болельщиков. Евро‑2016 во Франции показал, что все «хороши». Есть нормальные любители футбола, а есть те, кто приходит на стадион не ради поддержки команды. Для них, фанатов, это стало частью субкультуры.

Борьба с допингом у меня в первую очередь связана с понятием fair play – честным отношением к себе и своим противникам. Есть понятие технического допинга, которое нигде не описано. Когда спортсмены используют различные механизмы и приспособ­ления. Не так давно вышел фильм об Иване Поддубном. Помните схватку, когда его противник намазался маслом и за счет этого выиграл? То же самое: это вопрос честности к противнику.

Сейчас российский спорт получил серьезный удар по своему имиджу. Нам предстоит долгая и кропотливая работа, чтобы восстановить доверие международных организаций-партнеров.

Я правильно понимаю – их отношение к России и нашим спортсменам изменилось после публикации второй части доклада Ричарда Макларена?
Появились настороженность и предвзятость. Приходится встречаться, разговаривать и убеждать. При этом все понимают: без России невозможно представить мировой спорт. Должен повторить: обвинения в некой государственной поддержке допинга не имеют под собой никаких оснований. Наши спортсмены максимально прозрачны, открыты. Они миллион раз прошли допинг-контроль – до и после соревнований, в том числе в зарубежных лабораториях. Кроме того, при принятии решений международным спортивным организациям необходимо опираться на общеправовые принципы. Вина каждого должна быть доказана. Принципа коллективной ответственности быть не должно. Почему честные спортсмены должны отвечать за нарушителей? Должна быть презумпция невиновности.

Говорят, некоторые футбольные сборные намерены бойкотировать чемпионат мира в России. Что вы об этом думаете?
Знаете, в последнее время спортсмены стали много заниматься политикой. Наверное, это хорошо – все грамотные. Но когда я выступал, у меня не было времени обращать внимание на подобные вещи. Главная цель – подготовка к соревнованиям. Ты футболист? Вот ворота, вот мяч, вот команда. Все, действуй. Ни игроки, ни тренеры не должны становиться большими политическими деятелями. Это не их дело, это бесперспективно.

Россию лишили права принять чемпионат мира по бобслею и скелетону, а также этапы кубка мира по некоторым видам спорта, в частности, биатлону. В подготовку к этим турнирам уже вложены немалые деньги. Будет ли Россия требовать компенсации у международных федераций по видам спорта?
К сожалению, требовать компенсацию очень сложно. Многие соревнования на территории нашей страны проходят не в соответствии с заключенными соглашениями, а по одному только решению о проведении стартов. Это одна из проблем спортивного права. Мы будем говорить об этом с международными федерациями, ведь чемпионат мира – это большая финансовая нагрузка. Любое соревнование, получение права на его проведение – обязательства, которые должны выполняться двумя сторонами. Если общественная организация, которая это право предоставляет, считает, что никаких обязанностей она нести не должна, – это неправильно. Спорт можно развивать только при взаимодействии и государственных, и общественных структур. К счастью, при подготовке к чемпионату мира по бобслею и скелетону в Сочи региональный и федеральный бюджет никаких финансовых потерь понести не успели.

Два месяца назад вы заявили, что перед сборной России стоит задача попасть в тройку лучших на Играх в Пхенчхане.
Я и сейчас так считаю, все возможности для этого есть. Во всех зимних видах спорта мы выступаем успешно. Все это – благодаря той работе, которая была проведена накануне Олимпиады в Сочи. По сути, проведение домашних Игр позволило нам изменить систему подготовки спортсменов. Поэтому сейчас в сборной очень много атлетов, которые попали в команду после 2014 года.

Как вы оцениваете вероятность недопуска россиян к зимним Играм после очередного доклада Макларена?
Честно говоря, я даже об этом не думаю. На то нет никаких оснований. Мы должны и будем готовиться.

Вопрос от нашего читателя Ивана Карелина из Новосибирска: «Не считаете ли вы, что Россия проиграла околодопинговую битву на юридическом уровне? Правильную ли тактику мы избрали во взаимоотношениях с WADA
Пока никакую битву мы не проиграли. Министерство спорта и наши федерации работают с юридическими компаниями – и по линии правового реагирования, и по линии непосредственного взаимодействия с зарубежными федерациями. Уверяю читателя: вся борьба впереди.

Как вы относитесь к выступлению бегуна Сергея Шубенкова и других легкоатлетов под нейтральным флагом?
Ситуация сейчас такова. Совет Международной ассоциации легкоатлетических федераций (IAAF) приостановил членство Всероссийской федерации легкой атлетики (ВФЛА) в организации на неопределенный срок. В данный момент происходит процедура восстановления, из-за чего наши спорт­смены не могут заявляться на соревнования через свою федерацию для выступлений под флагом России. Спортсмены допускаются до соревнований лишь при условии соблюдения ряда требований. Я считаю, Шубенков и другие наши ребята обязаны использовать этот шанс, даже при условии выступлений под флагом IAAF. Весь мир и так знает, кого они представляют. Они всем все уже доказали. Мы их знаем и любим, они – патриоты России. Если они примут участие и победят, то я буду за них искренне радоваться. Уверен, будет как в Рио‑2016: чем больше сложностей, тем лучше результаты наших спортсменов.

Партнеры журнала: