Лариса Латынина – о гимнастике, счастье и Сочи-2014

Большой спорт №1-2(79)
Текст: Дмитрий Маслов / Фото: Платон Шиликов
В течение 48 лет Лариса Латынина была обладательницей рекорда по количеству медалей, завоеванных на Олимпийских играх. И даже после того как в Лондоне-2012 американский пловец Майкл Фелпс превзошел достижение советской гимнастки, Лариса Семеновна продолжает лидировать по количеству наград, полученных в личных соревнованиях. На ее счету их 14, в то время как у Фелпса на одну меньше. В преддверии Игр в Сочи легендарная спортсменка рассказала «Большому спорту» о своем пути к успеху и жизненных принципах, поведала о работе старшим тренером женской сборной СССР, оценила нынешнюю ситуацию в российской национальной команде, а также поделилась ожиданиями от Сочи-2014.

Досье

  • Родилась 27 декабря 1934 года в Херсоне Украинской ССР
  • На Олимпийских играх 1956, 1960 и 1964 годов завоевала 18 медалей: 9 золотых, 5 серебряных, 4 бронзовые
  • Действующая рекордсменка по количеству медалей в личных соревнованиях на Олимпийских играх (14)
  • Восьмикратная чемпионка мира (1954–1962), обладательница четырех серебряных (1958–1966) и одной бронзовой медалей планетарных первенств
  • Была старшим тренером женской сборной России по спортивной гимнастике на Олимпийских играх 1968, 1972 и 1976 годов
  • Именем Ларисы Латыниной названа СДЮШОР по спортивной гимнастике в Обнинске
  • Награждена серебряным орденом МОК

Вами гордятся в двух странах. А сами себя считаете российской или украинской гимнасткой? Как начиналась ваша блестящая карьера?
По национальности я украинка, родилась в Херсоне, окончила там школу с золотой медалью. Поехала учиться в киевский Политехнический институт. Но после второго курса поняла, что на таком же уровне, как в школе, учиться не смогу по объективным причинам (по характеру я максималистка). Меня угнетало, что из-за сборов и соревнований не могу входить в число лидеров по успеваемости. Однажды пришла сдавать зачет, а преподавательница – дама в возрасте – спрашивает: «Почему не пришли вместе со своей группой?» С гордостью ответила, что была на соревнованиях в Париже. На что услышала: «Девочка, это Политехнический институт ордена Ленина, здесь нужно учиться денно и нощно, а не кувыркаться на ваших аппаратах». Меня это очень обидело. Посоветовалась с тренером Александром Мишаковым, который сказал: «Если хочешь быть хорошим инженером и чего-то достичь в технике, оставайся в политехническом. Там есть секция гимнастики, будешь в нее ходить для здоровья. Если же желаешь получить результат в спорте (а я уже входила в сборную СССР), переводись в физкультурный». Так и сделала. Шел 1955 год, и я хотела попасть на Олимпийские игры в Мельбурне. При этом в Инсти­туте физкультуры не пропускала занятий по другим видам спорта, сдавала зачеты по легкой атлетике, ездила на загородный сбор по лыжным гонкам…

Помню, после Игр в Мельбурне сдавала зачеты по плаванию и так нахлебалась хлорированной воды, что меня рвало. Рассказываю это для того, чтобы вы понимали, насколько добросовестно мы относились ко всему, что делали. До самого завершения спортивной карьеры в 1966 году я жила в Киеве.

Почему вы ушли из спорта не сразу после Игр, а только через два года?
В Токио я проиграла многоборье Вере Чаславской, но победила в составе команды, а также в вольных упражнениях. В сборной СССР тогда шла смена поколений, и нас с Полиной Астаховой попросили остаться до чемпионата мира. При этом мы обе понимали, что в многоборье не сможем претендовать на золотые медали. В 1966 году я получила предложение стать старшим тренером сборной СССР. На этой должности работала в течение 10 лет. Наша команда выиграла три Олимпиады – в Мехико, Мюнхене и Монреале, завоевав 10 олимпийских наград.

Вы не опасались в 32‑летнем возрасте занимать столь ответственную должность?
На момент окончания карьеры у меня сформировалось представление, что было хорошо, а что плохо в сборной СССР. 
Первый сбор под моим руководством команда проводила в Цахкадзоре. Там я установила правило каждое утро перед тренировкой устраивать тренерский совет. Ставила общую задачу, выслушивала индивидуальные планы, корректировала их таким образом, чтобы соответст­вовали общей цели. Если видела, что у гимнастки что-то получается не так, сама не делала ей замечания, а обращалась к ее личному тренеру, чтобы не умалить достоинства наставника в глазах его ученицы. И сейчас считаю, что взаимное уважение между тренерами и спортсменами очень важно.

В нашей спортивной школе в Обнинске (сейчас носит мое имя) была тренер, которая постоянно кричала на девочек, могла дать подзатыльник, дернуть за волосы. Неоднократно ей делали замечания о недопустимости такого отношения к подопечным – не помогло. В результате пришлось с ней расстаться. Подобное отношение к ученикам недопустимо! Мы хотим воспитывать спортсменов высокого класса, но не в ущерб их человеческим качествам.

Представляю, с какими трудностями вы столкнулись, возглавляя сборную СССР. Характер той же Ольги Корбут весьма непрост…
Вы правы. Нам с ее тренером Ренальдом Кнышем приходилось много в этом плане работать. Но когда она выходила на помост, выступала потрясающе. К Ольге нужно было искать особые подходы. Когда тренер повышает голос или применяет силу, он расписывается в собственном неумении найти подход к спортсмену. Не скажу, что у меня имелась полностью собст­венная методика, но я советовалась с коллегами, проводила совместные беседы со спортсменами и их наставниками.

Старший тренер – преимущественно «политическая» должность?
Можно сказать и так. Это человек, который руководит в первую очередь тренерами. Я старалась иметь обоснованное объяснение всех своих поступков, аргументированно отвечать на воп­рос о присутствии в составе той или иной гимнастки. Под конец моей работы в сборной к нам из молодежной команды пришла 16‑летняя Маша Филатова. Она выполняла очень сложные комбинации. В то время гимнастика начинала меняться: комби­нации и акробатика усложнялись. Я же стремилась, чтобы они были по-прежнему красивы. Чемпионкой СССР в вольных упражнениях стала очаровательная Лидия Горбик из Белоруссии. Мы пригласили ее на предолимпийский сбор и планировали взять на Игры. Там же была и Филатова. Юрий Титов, тогдашний начальник управления, требовал включить в команду Машу. Я же принципиально выступала за спортивный принцип формирования состава. Вопрос не был решен вплоть до опробования снарядов на Олимпиаде. В присутствии Титова Горбик, выполняя двойное сальто, регулярно приземлялась на четвереньки, а Филатова – на ноги. В результате взяли Машу.

Когда я смотрю на то, что сейчас происходит с командой, у меня болит душа. Сначала убрали от юниоров опытного тренера Олега Остапенко, при котором ребята стали чемпионами Европы, а после Игр в Лондоне – старшего тренера женской сборной Александра Александрова. Теперь они будут готовить бразильцев к домашним Играм. В Рио-де-Жанейро это будет очень сильная команда, реальный конкурент!

Главный тренер сборной России Андрей Родионенко жалуется на короткую скамейку запасных, кивает на демографический кризис в 1990‑х, рассказывает, что «девочки находятся в пубертатном периоде». Разве у нас или у других стран не было подобных проблем? Сейчас на базе «Озеро Круглое» созданы идеальные условия для подготовки. На чемпионате мира 2013 года отлично выступила Алия Мустафина, несколько лет проработавшая под руководством Александрова, но один в поле не воин! Нужна команда.

Когда я наблюдал за тренировкой женской сборной России, был поражен, как часто гимнастки плачут…
Плакать можно от боли, обиды, даже от усталости, но я никогда не плакала – ни на тренировках, ни на соревнованиях. Может быть, потому, что была постарше. Но и мы падали, ударялись. Однажды, выполняя сложный прыжок на бревне, приземлилась на него верхом и сломала копчик. В результате месяц не могла сидеть и на лекциях в институте стояла под стенкой. Сейчас произошла эволюция спортивных снарядов: изменились брусья, прыжковый снаряд, бревно стало мягче и слегка амортизирующим, а на ковре для вольных упражнений одно удовольствие делать прыжки, акробатические элементы. Это все позволяет гимнасткам усложнять и совершенствовать свои программы. Почему участницы сборной плачут сейчас – не знаю, я не бываю на их тренировках.

Нередко доводится слышать, что гимнастика «молодеет».
Я начала заниматься гимнастикой в 12‑летнем возрасте, а через четыре года стала мастером спорта, в 21 поехала на Олимпиаду в Мельбурн. Сейчас начинают в 8, мастерами спорта становятся в 12, в 16 же отправляются на Игры. Так что циклы примерно такие же, что и в наше время, лишь границы смещаются. Я час­то смотрю в интернете выступления спортсменок на зарубежных соревнованиях, в частности внутриамериканских. Уровень американских гимнасток гораздо выше, чем у нас. А ведь им всего по 16–17 лет. Да и Алия Мустафина в 16 лет стала абсолютной чемпионкой мира, а Виктория Комова в 15‑летнем возрасте в Сингапуре покорила своим мастерством всех специалистов спортивной гимнастики.

Сейчас карьеры топ-гимнасток короче, чем в ваше время. Значит, в ближайшие годы рекорду Ларисы Латыниной по количеству медалей ничто не угрожает?
Завоевать много медалей, конечно, сложно. Но долго оставаться в спорте можно. Того, что демонстрирует 38‑летняя Оксана Чусовитина, не было и тогда. Сейчас, когда разрешают выступать только на одном снаряде, есть возможность продлить карь­еру. Я три раза выигрывала вольные упражнения на Олимпиадах, и если бы тогда был такой же ковер, как сейчас, спокойно могла задержаться минимум еще на один цикл. Кстати, до сих пор ни одной другой гимнастке не удавалось завоевать личное золото на трех Олимпиадах.

Я знаю лишь одну современную гимнастку, которая вернулась к выступлениям после рождения ребенка, – это та же Оксана Чусовитина. В 1950–1960‑е подобное было в порядке вещей?
Нет. Помимо меня, в сборной СССР нашего поколения это сделали только Софья Муратова и Лидия Иванова (Калинина). Я стала чемпионкой мира, будучи на четвертом месяце беременности, а через два месяца после рождения Татьяны вернулась к тренировкам. Через год в Риме стала абсолютной чемпионкой Олимпийских игр.

Школа вашего имени в Обнинске воспитывает будущих чемпионов или у нее иные задачи?
В школе созданы все условия для плодотворной работы. У нас 1200 ребят. В одном из корпусов открыт интернат, где живут 80 человек, из них 50 гимнастов. У них четырехразовое питание. К ребятам приходят учителя из общеобразовательной школы, которые занимаются с ними между первой и второй тренировками. Наши тренеры ходят заниматься к малышам в детские сады, наиболее координированных из них в дальнейшем приглашаем в школу. Планируем создать спортивный детский сад.

Подход комплексный, и результаты обязательно появятся. А как научить их побеждать, я знаю благодаря своим тренерам – Михаилу Сотниченко и Александру Мишакову, которые всегда ставили передо мной задачу сделать на соревновании лучшее, что умею. А какое в итоге займу место, пусть раньше времени меня не волнует.

Когда начала работать тренером, просила журналистов, чтобы никого раньше времени не ставили на пьедестал: соревнования покажут. На Олимпийских играх в Монреале женская сборная СССР завоевала три золотые медали, а по возвращении в Москву я устала оправдываться на различных совещаниях, почему мы проиграли многоборье юной талантливой румынке Наде Команечи. Руководители недоумевали, как же мы не нашли, не воспитали у нас такую же. Не понимали, что талантливые люди могут рождаться не только у нас. Я устала оправдываться и написала заявление об уходе по собственному желанию. Было особенно обидно, что среди критиковавших меня чиновников оказались и олимпийские чемпионы Анатолий Колесов и Юрий Титов – люди, прекрасно понимавшие ситуацию. На них давили сверху, а они – на меня. Титов заявлял: «Ты устарела со своими хореографией и балетом, сейчас нужны трюки». После ухода из сборной СССР четыре года отработала в оргкомитете Олимпиады-1980. Участвовала в программе внедрения на соревнованиях автоматической системы судейства компании Nokia. Было много споров по поводу оборудования спортивных залов. В частности, оказалось, что в олимпийской деревне в зале нет ямы с батутом и поролоном. После Игр это помещение забрали себе борцы, гимнастам же пообещали зал в «Олимпийском». Но он был игровым. Я потребовала и там организовать яму с батутом и поролоном. В результате два месяца долбили бетон! Зато гимнасты благодарны, что получили в Москве один из лучших тренировочных залов.

Вы рассказывали, что поступали приглашения поработать на телевидении. Почему не сложилось?
Это один из тех случаев, когда я благодарна богу и судьбе, которые сделали за меня правильный выбор. Просить за себя – не в моем характере. Мне всегда нравилось выступать перед публикой, поэтому хотелось попробовать себя в таком качестве. Я комментировала всесоюзные соревнования, после чего меня направили в Испанию работать на Кубке мира. Для поездки надо было пройти специальную комиссию. На ее заседании председатель Гостелерадио СССР Сергей Лапин спросил, почему я работаю в оргкомитете московской Олимпиады, а в командировку еду от возглавляемой им организации. «Переходите к нам работать», – сказал он. Я ответила, что считаю своим долгом довести до конца начатое дело, а после Игр с удовольствием приму приглашение. Уже после того как оргкомитет прекратил существование, меня вместе с главным редактором главной редакции спортивных программ Гостелерадио СССР Александром Иваницким как олимпийских чемпионов пригласили на встречу в МГУ. Я напомнила о предложении Лапина, на что он ответил: «Вы же тогда отказались, а теперь все места заняты». Через некоторое время после этого случая один из бывших руководителей оргкомитета мудро заметил: «Лариса, как думаешь, после такого ответа потенциального начальника легко ли тебе будет там работать?» В результате я стала работать старшим тренером сборной города Москвы и оставалась в этой должности 10 лет. За эти годы сборная Москвы победила на Спартакиаде народов СССР, а юная Ольга Бечирова стала абсолютной чемпионкой мира 1981 года. Под моим руководством делала первые успешные шаги заслуженный тренер России Надежда Масленникова, подготовившая двукратную олимпийскую чемпионку 2000 года Елену Замолодчикову.

Что вы почувствовали, когда Майкл Фелпс побил ваш рекорд по количеству олимпийских медалей?
О том, что являюсь рекордсменкой, узнала совершенно случайно: в 1980‑м журналист из Чехословакии прислал мне вырезку из журнала «Стадион» со статьей «Выдающиеся олимпионики». Там указывалось, что 9 золотых медалей имеют 3 спортсмена – Пааво Нурми, Марк Спитц и я. Причем по общему количеству наград я лидировала. После этого и начала интересоваться статистикой. Через несколько лет к нашей тройке присоединился выдающийся легкоатлет Карл Льюис, выступавший на четырех Олимпиадах.

Ажиотаж вокруг моих 18 наград начался после того, как американец Майкл Фелпс приблизился к моему достижению. До этого ни в СССР, ни в России никто особо этим не интересовался. Я была на всех Олимпийских играх, но никогда не чувствовала такого внимания к своей персоне, как в Лондоне. Мы с Майклом снялись даже в рекламе сумок одного модного бренда под девизом «Два выдающихся пути. Одна судьба».
В целом же считаю подобные рейтинги несколько натянутыми. Как можно сравнивать меня и Ирину Роднину или игровиков, в дисциплинах которых на Играх разыгрывается всего один комплект медалей? А вот в своих видах мы действительно рекордсмены.

Вы поедете в феврале в Сочи?
Конечно. Хочу посмотреть фигурное катание, хоккей и биатлон, мы с мужем буквально «заболели» этим видом спорта. Основная задача – достойно провести соревнования, чтобы не было никаких ЧП. Главное – спортсменам надо выложиться по максимуму. Если человек установил личный рекорд, показал лучшее, на что способен, – он победил себя, честь ему и хвала. А какое будет место? Конечно, хотелось бы первое, но это спорт, а первое место всего одно.

В интервью нашему журналу Николай Валуев заявил, что логичнее было бы провести Олимпийские игры на Урале или в Сибири. А вы что думаете по этому поводу?
В чем-то я с ним согласна. В то же время благодаря Олимпиаде мы смогли обустроить южный курорт и приобрести спортивные базы для зимних видов спорта.

Неужели вы ездите туда отдыхать?
Я уже никуда не езжу. Разве что на недельку дочка вывезет меня в Испанию, где есть Spa-отель, специализирующийся на макробиотике. Я увлеклась такой диетой.

Ваша жизнь кажется очень интересной и наполненной событиями. В чем секрет?
Мы живем и общаемся с людьми. Как мы живем, ведем себя, относимся к окружающим – от этого зависит наша жизнь. Стараюсь не копить обид, помогать людям, делать добро. Я не ношу ничего плохого внутри, поэтому и счастлива.
Отдельное спасибо хочу сказать судьбе за встречу с Юрой – своим любимым мужчиной и мужем. Я познакомилась с ним в 51 год.

Партнеры журнала: