Фрирайд Анны Ханкевич

«Сомневаешься – не делай, делаешь – не сомневайся. Я очень люблю горы, а также ощущение от катания по свежему снегу. Все это дает фрирайд», – говорит победительница Sheregirls-2011 32-летняя Анна Ханкевич. В интервью «Большому спорту» Анна делится некоторыми профессиональными секретами и рассказывает о планах на сезон.

В последние годы наметилась тенденция омоложения состава участников, как в олимпийских видах, так и во фрирайде. Не чувствуете себя неуютно среди молодежи?
Спасибо за «приятное» замечание относительно моего возраста. Однако я не вижу вокруг себя молодежи. К сожалению, в России не появляется новых имен, а особенно в женском фрирайде… За последние три года ни одной молодой и перспективной девушки не появилось на нашей сцене – и это меня очень настораживает и огорчает. Есть пара имен на фристайловой сцене – но им всего года на 3-4 меньше, что не принципиально. (Конечно, есть Аня Орлова, которая вдвое меня моложе – но пока не понятно, насколько успешным будет ее ньюскульное будущее). Более того, в российской сборной по лыжному хаф-пайпу одной спортсменке 41 год. А если говорить про международный фрирайд – то возраст около тридцати самый распространенный. Так что я не выделяюсь среди остальных.
Конечно, когда катаюсь в сноупарке – как правило, меня окружают парни, которые теоретически годятся мне в дети… Но при этом мы общаемся на равных, они меня подбадривают, когда я боюсь прыгнуть с бига. А всех морщинок за маской не видно.

Когда вы решили перейти от сноуборда к лыжам и почему в последних получается лучше?
Переход произошел лет пять назад. Почему у меня лучше получается на лыжах – мне сложно понять самой. Может, есть природная склонность к тому или иному виду спорта.
А может, повлияло то, что на сноуборде я много работала инструктором – это приучает кататься очень аккуратно и неагрессивно.

Фрирайд – довольно опасный вид. Как боретесь со страхом? О чем думаете перед выступлением?
Есть несколько рецептов борьбы со страхом. Но их достаточно сложно выразить в тексте. Обычно я рассказываю и тренирую борьбе со страхом на своих семинарах.
Вот какие мысли меня посещают перед соревнованиями – самые разнообразные. Страха нет, есть крайнее волнение. Оно не связано с опасениями упасть и получить травму, это более сложное чувство. Скорее страх не оправдать собственные ожидания, упасть в своих глазах.

Залог успеха во фрирайде – правильный выбор «трассы». Как можно этому научиться? Доверяете «внутреннему чутью»?
Лучший способ этому учиться – много участвовать в соревнованиях и внимательно анализировать полученный опыт.
Обычно я логически выбираю две линии, продумываю крайне внимательно оба варианта. Ставлю приоритет на одну линию, но вторая тоже вероятна. А уже окончательный выбор делаю интуитивно, временами незадолго до старта. Причем на этот выбор могут повлиять и внешние факторы – например, если половина участниц поехала по приоритетному варианту – я выберу другой. Но, как правило, я остаюсь на основном варианте.
Кстати, отдельная задача – проследовать выбранной линией в процессе заезда, ведь часто она не видна сходу и легко пропустить ключевые элементы, дропы во время движения. Всему этому можно и нужно учиться, но это материал не одной статьи.

Съемки в лыжном видео – это удовольствие, способ прославиться, заработать или что-то еще?
Известность сама по себе мне не нужна. Слава нужна моим спонсорам (Columbia, Volkl, Julbo) – то есть для меня это способ заработать, при этом занимаясь любимым делом – катанием на лыжах. Удовольствие я получаю от конечного результата, когда вижу финальные ролики или посещаю осенние премьеры лыжного видео.

Минувшей зимой вы катались в Приэльбрусье. Потерян ли этот регион для российских фрирайдеров после известных печальных событий? Если ли в России пока не освоенные, но перспективные с вашей точки зрения места для катания?
Приэльбрусье для меня очень важное место, «колыбель Российского фрирайда». Я сама начинала кататься там. И меня очень расстраивает складывающаяся обстановка. Надеюсь, что кризис уже миновал, и дальше всё будет развиваться по более удачному сценарию.
В России много гор и снега! Соответственно, очень много крайне перспективных мест, совершенно не освоенных. Что мешает горнолыжному сервису в России развиваться, я не понимаю. Но сейчас большинство лыжников предпочитают поездки за рубеж, вкладываются в развитие европейского туризма. Очень обидно, но я не в силах изменить ситуацию. И сама собираюсь провести большую часть сезона в Шамони.

Freeride World Tour для вас – это…?
Серия соревнований, в которых я принимаю участие. Пока со средним результатом – в рейтинге прошлого года я на 24ой позиции. Добиться лучшего результата мне помешало только отсутствие времени, ведь из-за большого количества съемок я смогла принять участие только в двух стартах. В итоговый рейтинг идут три лучших результата, а у меня только баллы за два. Если бы я просто приняла участие в одном из Российских этапов FWQ – например, на Домбае – я могла бы быть в первых пятнадцати.
Я поздно стала принимать участие в мировом туре. Два года назад они отменили женский зачет на этапе в Красной поляне – куда я имела гипотетическую возможность попасть по wild card. Соответственно, теперь мне приходится пробиваться через серию отборочных этапов, это более долгий и сложный путь.

Как вы зарабатываете на жизнь? Если ли финансовая отдача от фрирайда?
Мне помогают мои спонсоры. У меня есть бюджет, которого при аккуратном расходовании хватает на некоторые поездки. Также призовые деньги. И иногда я работаю инструктором. Естественно, я не ставлю перед собой задачу заработать, просто иметь возможность побольше времени проводить в горах.

Чтобы совершенствоваться, нужно ставить перед собой цели. Какие они для вас? Какие планы на дальнейшую карьеру?
Мои планы достаточно конкретные. В этом году я хочу больше времени уделить тренировочному процессу. Для этого я собираюсь поехать в Шамони. Нужно достигнуть хорошего рейтинга FWQ – для этого планирую принять участие в нескольких международных стартах.
И, наконец, я мечтаю о съемках в иностранном лыжном проекте, но как осуществить это пока не знаю. Летом планирую принять участие в школе гидов и посетить Южную Америку.

Вы закончили психологический факультет МГУ с красным дипломом. Насколько вы связаны с психологией сейчас? Кем видите себя лет через 20?
Все мои связи с психологией прекратились по окончании университета. У меня была специализация – психофизиология, научные исследования работы мозга. Это очень интересно, но, к сожалению, на заработок младшего научного сотрудника невозможно существовать (по крайней мере, в те годы в России).
Думаю, что через 20 лет моя жизнь будет кардинально иная, но какая именно – пока не могу сказать. Мне интересно пробовать разные жизненные модели, и я надеюсь, что через 20 лет я буду достигать очередные цели в чем-то совершенно ином.

Партнеры журнала: